Читаем Интервенция полностью

Селестен. Парк. Дворец. Я иду. И вот выходит фельдмаршал. Командорский крест. Толстый живот с золотым шарфом. Все склоняются. Я лезу в карман. Граната. Наша маленькая круглая граната образца тысяча девятьсот шестнадцатого года. Я ее вынимаю…

1-й солдат. Слышишь, Селестен, сейчас он нас погонит вперед. Что делать?

Селестен. Жув! Сейчас он нас погонит в атаку.

Жув. Ты пойдешь?

Селестен. А ты будешь ждать пригласительного билета? Я не придаю значения этим формальностям.

2-й солдат (Селестену). Ну, еще не пора?

3-й солдат. Селестен, начнем, а? С чего мы начнем?

Селестен. Просто бросим эту дрянь. (Показывает на винтовку.)

Жув. Так нельзя.

Селестен. Просто повернемся и уйдем. Пусть он воюет, если его это устраивает.

Жув. Так нельзя, я тебе говорю.

Селестен. Почему?

Жув. Наша артиллерия…

3-й солдат. Артиллерия отсюда за три километра.

Жув. Как только ты повернешься, артиллерия, которая отсюда за три километра, схватит тебя своими огненными пальцами за штаны.

Селестен. Понял? Ты поворачиваешься и уходишь – и вот тебе в брюхо влетает бомбо…ньерка, весом в двадцать кило. Интересно?

4-й солдат. Откуда артиллерия узнает?

Жув. А эта штука! (Указывает на телефон.)

Селестен. В крайнем случае заткнем лейтенанту рот.

Жув. Чем?

Селестен. Вот этим кляпом. (Показывает винтовку.)

Жув. Тише.

Селестен. Лейтенант не слышит, а любознательный Марсиаль ушел так далеко и лег так глубоко, что он больше никогда ничего не услышит.

1-й солдат. Но, кроме того, есть капрал.

Жув. Капрал!

Барбару (подходя). Что?

Селестен. Барбару, ты не будешь нам мешать, если мы захотим пройтись обратно?

Барбару. С вами будет поступлено по уставу.

Селестен. Ну-ну, Барбару.

Барбару. Предупреждаю вас, как старых товарищей.

Жув. Хочешь заработать нашивки сержанта?

Барбару. Еще одно слово, и я тебя арестую. Занимайся своим делом, корова!

Жув. Если бы Мишель слышал тебя, он бы пожалел, что пожал тебе руку.

Селестен. Да. Мишель пожалел бы, что испачкал свою руку о твою.

Барбару. Это разговоры для тыла. Ты на работе. Занимайся! (Отходит.)

Селестен. Я знаю Барбару. Старик нас не тронет,

Жув. Скажи ребятам.

Селестен и Жув перешептываются с другими зуавами. Барбару подходит к лейтенанту.

Барбару. С вашего разрешения, мой лейтенант, я разведаю местность правее опушки рощи. (Уходит.)

Селестен. Видишь, старый хитрец дипломатически удалился.

Лейтенант. Прицел две тысячи четыреста! Беглым огнем! Цель – неприятель левее мельницы, нечто зеленое, движущееся. Вы все видите цель?

Жув (про себя). Это рабочие.

Лейтенант. Что такое?

Жув (бормочет). Для вас это «зеленое движущееся», а для меня это – рабочие.

Лейтенант (не расслышав). Разговоры на линии огня!

Слышен зуммер телефона.

Телефонист. Монмартр! Пароль – Монмартр! Слушаю. (К Бенуа.) К телефону командира.

Лейтенант (берет трубку). У телефона лейтенант Бенуа. Вперед на триста метров? Слушаю. (Кладет трубку.)

Селестен. Мой лейтенант…

Лейтенант. Перебежка с левого фланга по одному!

Селестен. Мой лейтенант, тут есть мнение…

Лейтенант. Вперед!

Селестен. Тут есть мнение, что идти вперед бесполезно.

Лейтенант (приближаясь). Что такое?

1-й солдат. Там обойдутся без нас.

2-й солдат. Мой лейтенант, это обидно. Заключен мир. Почему я должен воевать?

Селестен. Дурак! Война бывает не только во время войны. Война бывает и во время мира.

3-й солдат. Идти под пули, но ради чего?

4-й солдат. Мы с русскими поладим и без этого. (Потрясает винтовкой.)

1-й солдат. Пятьдесят два месяца я таскаю эту дрянь. Она мне надоела! (Швыряет винтовку.)

Жув. Подними, она тебе пригодится.

Лейтенант. Солдаты! Вы защищаете родину! Вперед!

2-й солдат. Кому нравится, пусть идет вперед. Я подожду.

Селестен (лейтенанту, радушным жестом простирая руку вперед). Пожалуйста! Вы нам расскажете, что там, впереди.

3-й солдат. Там, во Франции, мы защищали родину. Допустим. Ну, а здесь что?

4-й солдат. В конце концов мы приехали сюда не для того, чтобы сражаться.

1-й солдат. Я вас спрашиваю: где Версальский мир? Куда вы девали Версальский мир?

Жув. Здесь никто не будет сражаться с рабочими. Здесь рабочие. Ну, что ты выпучил на меня глаза? Что, ты меня никогда не видел? Это я, Жув, которому ты предлагал десять тысяч франков, чтобы я продал большевиков, щедрый господин. Вот я хочу тебе отплатить за твою доброту. (Поднимает винтовку.)

Селестен. Спокойствие, мальчики! Без глупостей!

Лейтенант (бежит к телефону, берет трубку), Монмартр! Пароль – Монмартр! Третья батарея! Говорит лейтенант Бенуа.

Зуавы тем временем перерезают провод.

Здесь бунт! Слышите? Бунт! Алло! Алло! Монмартр!

Зуавы окружили лейтенанта, он бросает трубку.

Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих комедий
12 великих комедий

В книге «12 великих комедий» представлены самые знаменитые и смешные произведения величайших классиков мировой драматургии. Эти пьесы до сих пор не сходят со сцен ведущих мировых театров, им посвящено множество подражаний и пародий, а строчки из них стали крылатыми. Комедии, включенные в состав книги, не ограничены какой-то одной темой. Они позволяют посмеяться над авантюрными похождениями и любовным безрассудством, чрезмерной скупостью и расточительством, нелепым умничаньем и закостенелым невежеством, над разнообразными беспутными и несуразными эпизодами человеческой жизни и, конечно, над самим собой…

Коллектив авторов , Александр Васильевич Сухово-Кобылин , Александр Николаевич Островский , Жан-Батист Мольер , Педро Кальдерон , Пьер-Огюстен Карон де Бомарше

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Античная литература / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература