И мы разошлись. Он к магазину, а я к синему забору, через который открывался отличный вид на бывшее родовое гнездо Корневых. И там, глядя на заколоченные досками ставни дома в котором прошло детство, мне вспомнилось, как мы с "Профессором" долго обсуждали тему родственников в зазеркалье. Я ведь по началу никак не мог врубиться почему, по его словам, люди носящие знакомые мне имена и фамилии в ТОМ мире являются совершенно не теми, кого я знал и любил здесь. Но Сосновский меня убедил, что это не просто не родственники и даже можно сказать незнакомые мне субъекты. Попади я сюда в шестилетнем возрасте когда еще не началось расхождение наших миров, другое дело. Тогда бы вся "параллельная" родня была практически идентична моей. Но бытие определяет сознание и двадцать четыре года прожитых в совершенно иных условиях изменили этих людей настолько, что даже внешне они мало походили на моих родных. А уж внутренне… Да в этом я и сам убедился когда встретил двоюродного брата, который ЗДЕСЬ ни о каком военном флоте и не думал, а как начал спиваться с младых ногтей так до сих пор остановиться не может. Про "параллельного" меня можно сказать то же самое. Нет, не в смысле алкоголизма, а в смысле того, что вряд ли я пошел по военной стезе, так как даже ВУЗа моего тут нет. И в кого тут превратился Сергей Корнев — бог весть. Так что "Проф" оказался полностью прав.

Но отец… Отец совсем другое дело. Я ведь его очень смутно помню. Мне двенадцать лет было, когда папа умер и его всегда очень не хватало. Поэтому у меня была надежда, что хоть в этом мире он живой и я смогу его увидеть. Пусть хоть издалека, но увидеть. Только если бы он был жив, моя семья скорее всего так и продолжала бы обитать в этом доме. Так что видно — не судьба…

Все еще пребывая в минорном настроении, встретил появления Алексея. Тот, пристроив пакет и пятилитровую бутыль в машину, поинтересовался:

— Ну что? Вспомнил молодость?

— Вспомнил…

После чего, умащиваясь на неудобном "УАЗовском" сидении, еще раз окинул взглядом дом, и сказал:

— Поехали. Сейчас, за остановкой, будет поворот направо. Нам туда.

И мы снова покатили по кривым и грязным улочкам частного сектора, пробираясь к выезду на трассу.

Глава 8

Потом была дорога, в которой, предчувствуя будущую бессонную ночь, я попробовал покемарить. Но спать в "Таблетке" еще то удовольствие поэтому, помучившись минут сорок, закурил и поглядывая на серо-свинцовое небо с которого в любой момент опять могла посыпаться снежная крупа, спросил:

— Как считаешь, часам к девяти до места доедем?

Ванин пожал плечами:

— Должны. Хотя в дороге лучше не загадывать.

И как сглазил! Мы как раз были на подъезде к Кашире когда Алексей, увидев очередную здоровую трещину в асфальте протянувшуюся поперек дороги, придавил тормоз. Не тормознул колом, а именно что стал притормаживать, стремясь сбросить скорость и перевалить через препятствие без последствий для ходовки. И в этом момент сзади раздалось "БУМ" от которого "УАЗик" слегка дернуло вперед. Мой спутник глянул в зеркало заднего вида, катнул желваками и вместо обычных слов, говоримых водителями в таких случаях, пробормотал:

— Вот тебе бабушка и Юрьев день…

После чего, свернув к обочине, заглушил свой пепелац и полез наружу посмотреть, кто же нас догнал. Я, выразившись более энергично, тоже дернул за ручку двери, выходя на пронзительный ветер. А сзади была классическая для подобной ситуации картина — машина со слегка замятым с правой стороны капотом и крылом. Оно понятно — ее водила не соблюдая дистанции прилепился к нам сзади, а когда мы стали тормозить, попытался уйти от столкновения выворачивая руль влево. Вот и влетел под наш бампер. "Таблетке" хоть бы хны, а догнавший нас "БМВ "тройка"" заполучил легкие повреждение морды. Хорошо еще скорость маленькая была… Но в данном случае мы полностью правы, поэтому сейчас Ванин просто скажет что претензий не имеет и можно будет ехать дальше.

Только вот, находившиеся в "тройке" похоже, имели на этот счет собственное мнение. Ее дверцы синхронно хлопнули выпуская из немецкого нутра двух типично российских криминальных персонажей и один из них, здоровенный как Валуев и со столь же "симпатичной" физиономией, мельком окинув взглядом повреждения, сразу же шагнул к Алексею:

— Что, мужик, жизнь дала трещину? — а потом, увидев под его курткой подрясник, добавил — Сегодня твой бог от тебя, похоже, отвернулся.

Ванин хмуро удивился:

— Почему это? Все живы-здоровы. Моя машина тоже не пострадала. Значит…

Бугай сплюнул и перебил:

— Да мне поровну, что с ТВОИМ корытом! А мою ласточку ты уделал как минимум на две сотни евро! Так что соображай, как расплачиваться будешь?

Похоже, с Алексея от такой неприкрытой наглости слетела вся доброжелательность и, он возмутился:

— Я? Расплачиваться? Да вы вообще обалдели! Мало того, что мне сзади въехали так еще и претензии предъявляете?