— Нет, — ответил я. — Почему ты спрашиваешь?

— Ну, не знаю, насколько это важно, — Мари качнула головой. — Но наши служанки, как бы сказать, живут в соседних комнатах.

— И? — настороженно спросил я; что-то мне не нравится возможность, что она приказала своей горничной следить за чужой прислугой. Особенно из добрых побуждений! Так это стало бы особенно неприятно.

— Нун уже два дня не видела твою… Ну, как её зовут? Неважно. Просто она упомянула, что возможно ты уехал с горничной, и мне стало интересно. Ну, нет так нет.

Я напрягся. Амелия была довольно тихой и могла просто не попадаться этой Нун на глаза. Каковы шансы, что это совпадение?

Я распрощался с Мари, Обелем и Райаном и спешно вернулся в общежитие. Решив не паниковать раньше времени, я поднялся свою комнату, чтобы сбросить багаж.

Дверь была открыта. Неочевидно, и, если не поворачивать ручку, можно и не заметить, но ключ не провернулся. Ну, либо Амелия внутри, либо она не заперла мою спальню — выбор не большой.

Меня встретил разгром.

Открытое окно, брошенный на пол стул, открытый комод и куча рубашек. Моих; я приблизился, отмечая, что они пахли средством для стирки. Что бы ни случилось, это произошло, когда Амелия расклалывала чистые вещи.

У окна тоже был беспорядок; два горшка валялись на полу. Земля и керамические осколки вперемешку с остатками фиалки, а так же пара засохших капель крови на полу.

И чего-то не хватает.

Меня схватили за ногу. Зубы вонзились в штанину, грозясь её разорвать. Я нагнулся, глядя на Уродца, очевидно, научившегося ползать по полу на корнях-щупальцах.

Цветок вёл себя как игривый кот; судя по размеру его зубищ, если бы он хотел на меня напасть, я бы истекал кровью. Но он просто покусывал меня от нечего делать. Я схватил его за стебель и поднял на уровень глаз.

— Жаль, что ты, мелкий гад, не умеешь говорить.

Что-то во рту Уродца привлекло мой взгляд. Я заставил гада раскрыть пасть и вынул кусок ткани, застрявший между зубов. Пришлось приглядеться. Кажется, это часть рукава. Грубая синяя ткань. Если абстрагироваться от запаха слюны Уродца (перемешанной с цветочной пыльцой) и крови, то можно уловить слабый душок мужского одеколона.

Ну, Амелия всё равно не носила бы такое; как моя горничная, она снабжена вещами их хорошей ткани. Да и одеколон я не узнаю.

Вот чёрт.

Я опустил сунул цветок за пазуху, бросив:

— Хорошая собака.

Кого-то же он мне напоминал. По крайней мере, он принёс пользу. Итак, первая версия произошедшего: кто-то пришёл за мной, нашёл только Амелию и забрал её. Вообще-то, довольно правдоподобно, но теперь стоит вопрос, жива она или нет. Шансы, что ей не навредили, не высоки.

Я снова глянул на Уродца.

— Ну и что я должен делать? Обычно лучший вариант — просто пожертвовать подчинённым.

Уродец облизнулся. Очень содержательно.

— С другой стороны, кажется, мы сблизились, — выдохнул я. — А у меня не очень много друзей. Их нет.

Уродец снова не ответил — впрочем, я этого и не ожидал.

Ну и ладно; всё равно иногда нужно разминаться. Не всё же наслаждаться новой школьной жизнью?

Было одно место, куда я собирался нагрянуть. Как раз близился вечер; вряд ли меня кто-то хватится. Я закрыл окно и разобрал вещи, выуживая самую удобную чёрную одежду. Даже привычно, не считая того, что здесь у меня нет ни джинс, ни кожаной куртки.

А ведь мой вкус в двадцать был ещё тем; хорошо, что я уже это перерос, а то с гардеробом Альбериха вырядился бы, как какой-то косплеер.

Подготовившись, я нашептал заклинание смены цвета глаз; маленькая подготовка, и вот я снова стал Алексом Эддерли. Нет ничего полезнее маскировки. Хотя…

Я выудил шёлковый шарф, который Амелия навязывала мне по крайней мере каждый чёртов вечер; похоже, она думала, что я простужусь и слягу, но в согревающих способностях этой вещицы я очень сомневаюсь. Зато прикрыть хотя бы половину лица смогу.

Навевает воспоминания…

— Алекс, ты мелкий идиот, — проворчал ##### и накинул капюшон мне на голову. — Думаешь, ты бессмертный? Никогда не свети лицом. Даже если кажется, что это ни на что не влияет, просто подумай своими мозгами, если они у тебя есть. Хочешь особый почерк? Есть много способов, но светить рожей на месте преступления — просто идиотизм.

Глава 18

Тельце белки упало на землю, и, в жесте доброты, я прикрыл его веткой и листьями. Больше она мне не нужна; сейчас я был перед домом проповедника, и это первый шаг к тому, чтобы выяснить, где Амелия.

Это было двухэтажное здание на огороженной территории; для кого-то настолько незначительного было даже слишком дорого. Хотя, кто знает, где ещё работал тот мужчина, помимо того, что толкал речи на ночных встречах.