Мы ещё немного прошлись. Несколько раз я останавливался, чтобы спросить у горожан дорогу к разным местам: то к булочной, то к цветочному магазину, кто к офису местного юриста — ну хоть кто-то полезный в этом мире есть, уже хорошо. Идти туда я, конечно же, не собирался, зато завёл пару случайных знакомств. Кому-то сказал, что только переехал, кому-то вскользь упомянул своё имя. Местные были предрасположены к общению — дело шло хорошо.

А вот Амелия… Ну, судя по всему, она не могла поверить, что мы действительно этим занимаемся.

— Терпи, Мелисса, терпи, — я хлопнул её по плечу. — Зато мы сменили обстановку.

Серьёзно, торчать в академии уже тошно. Мне в жизни уже хватило одинаковых серых стен!

А вот Амелии прогулка явно не нравилась; она, в конце концов, замкнутый человек (впрочем, оставалось узнать, что ж она вдруг стала такой смелой, поняв, что я никакой не Альберих), и чем дольше мы ходили туда-сюда, тем более недовольной она становилась.

Я приблизился к пухлой суетящейся женщине; она держала ларёк с какой-то уличной едой. Стоит признать, меня интересовал не товар. А вот взгляд Амелии, брошенный на запечённое яблоко на палочки…

Ну наконец-то, хоть один чёртов рычаг давления, а то так бы и жили на обмене колкостями.

— Одно яблоко, пожалуйста, — попросил я и вынул из кармана монету — местные прогрессоры старались, но не смогли, так что при наличии множества приятных вещей, вроде настольных ламп, бумажных денег просто не существовало.

Протянутую сладость я тут же сунул в руки Амелии; её это, кажется, хоть немного удовлетворило.

— Мисс, вы давно живёте в Кальбероне? — спросил я.

Женщина смущённо махнула рукой.

— Да какая из меня мисс? — добродушно отозвалась она. — Я тут с самого детства — давно, как видите. А что?

— Просто интересно, как тут живётся. Мы с женой приехали издалека — мы всегда хотели обосноваться в таком месте, — я кивнул на видневшуюся вдалеке церковь. Краем глаза я заметил, как Амелия мужественно поборола желание закатить глаза. — Думаете, в столице спокойно?

— Спокойно, конечно, спокойно! И работа всегда есть, можете не волноваться, — закивала женщина. — Но вы такие молодые, а уже женаты? Да уж, в наше время рано взрослеют… Впрочем, переезжать на новое место лучше в молодости, этого не отнять. Знаете, зовите меня миссис Пансин. И скажу вам сразу: продавец овощей, что держит лавку за углом, постоянно пытается подсунуть гнилые овощи! Вы лучше у него ничего не берите. И цены он поднимает конские.

— Ничего себе, — я покачал головой. — Спасибо за совет, миссис Пансин! Меня зовут Алекс Эддерли. А это Мелисса.

Я кивнул в сторону Амелии; той оставалось только подтвердить мои слова и продолжить жевать своё яблоко.

Глава 7

— Ужасный день, да? — спросил я.

Амелия послала мне взгляд.

Было около десяти утра. Мы завтракали в маленьком кафе на центральной улице, просто потому что я неожиданно понял, что неполноценное питание — огромная проблема нового тела. Да и посидеть, помаячить лишним не будет.

Это был второй день страданий Амелии; вчера мы так и носились до середины дня прежде чем мои ноги начали протестовать; Альберих и нагрузки? Хаха, несовместимо. И всё же, на следующее утро я снова потащил Амелию в Кальеброн. В конце концов пришлось купить ей пару вещей — недешёвых, следует заметить, а за местные духи и вовсе можно отдать почку.

Итак, на сегодня я её умаслил. Всё равно был должен — вот и отплатил.

Весь прошлый вечер я изучал местную религию. Аж голова начала гудеть; и всё же, я постарался уместить в голове самые важные детали. Верили в этой стране как бы в бога, но, с другой стороны, и не в него вовсе.

Странная ситуация: ровно тысяча четыреста семьдесят шесть лет назад (тогда-то и началось новое летоисчисление) Богиня, создавшая человечество, даровала людям магию. Здорово, просто потрясающе. Уже на этом этапе я задался вопросом, почему кто-то батрачит таким интереснейшим образом, а поклоняются всё равно Двенадцати.

Ладно, продолжаем.

Магию-то людям дали не просто так, а потому что они не единственные обитатели мира. Они тут, в общем-то, были самыми слабыми: маленькими, слишком хилыми по сравнению с другими существами, да ещё и болезненными и привередливыми к питанию. Проще говоря, неудачно у Богини получилось: её драгоценные люди быстро оказались внизу пищевой цепочки и на грани вымирания.

Ну и, как полагается, помимо Богини был и Бог. Тот самый гад, который накидал в мир смертоносных тварей; он посмотрел на людей и понял, что от слабого звена лучше избавиться — они ему всё равно никогда не нравились. По его указке другие существа (какие? Да кто их знает) начали теснить человечество.

Магия проблему не решила; людей было мало, новые силы они только обрели — в общем, ни одна проблема по щелчку пальцев не решается. Но вот объявились двенадцать смертных, которые были несколько… лучше других. Дальше всё стандартно: якобы глубокие цитаты про единство и защиту людей, бла-бла-бла, человеческое государство в безопасности.