Представители прессы также сообщили, что за несколько дней до происшествия в редакции всех крупных газет поступили воззвания Великого инквизитора, в котором он объявлял войну криминальному миру».

На следующий день описания событий об акции Святой Инквизиции уже фигурировали во всех крупных газетах. Среди статей, которые Олег внимательно изучал, я обнаружил статью об Инквизиции, подписанную В. Дубковым. Пинкертон не высказывал своего отношения к происходящему, а только пытался дать анализ событий, полемизируя со всеми журналистами, пытающимися объяснить этот феномен. Инквизиторский ажиотаж набирал ход.

В течение месяца «Центр» по сценарию Института социальных исследований провел еще четыре операции, и количество «кающихся» перевалило за тысячу. Олег внимательно прослушивал разговоры членов группировок, которые подверглись психоинформационным ударам. После первых двух ударов группировки лихорадочно занимались поиском инквизиторов, привлекая свою агентуру в МВД и прокуратуре, что дало важную информацию. Третья акция была направлена против этой агентуры и разведок группировок. Четвертая — против руководителей банд. В ходе третьей и четвертой операций объекты не изымались, а ликвидировались. В основном работали «Чума» и «Холера».

«БЛАГОДАРЯ ТЕЛЕВИЗИОННОЙ КАРТИНКЕ МИЛЛИОНЫ ВЕРУЮЩИХ И СОЧУВСТВУЮЩИХ ГРАЖДАН СТРАНЫ МОГЛИ НАБЛЮДАТЬ, КАК ЗА ДЛИННЫЙ КРЕМЛЕВСКИЙ СТОЛ РАССАЖИВАЮТСЯ ПРЕДСТАВИТЕЛИ КОНФЕССИЙ, ВЫЗВАННЫЕ НА ЗАСЕДАНИЕ ГЛАВОЙ АДМИНИСТРАЦИИ ПРЕЗИДЕНТА ЧУБАЙСОМ, КАК САМ АНАТОЛИЙ БОРИСОВИЧ ВЫХОДИТ С ПАПКОЙ ПОД МЫШКОЙ ИЗ-ЗА ВЫСОКОЙ ДВЕРИ И САДИТСЯ ВО ГЛАВЕ ЭТОГО ДЛИННОГО СТОЛА, КАК БЕРЕГ ОН БРАЗДЫ ПРАВЛЕНИЯ В СВОИ РУКОВОДЯЩИЕ РУКИ И КАК, НАКОНЕЦ, ДАЕТ ОРИЕНТИРОВКУ И СТАВИТ ПЕРЕД СЛУЖИТЕЛЯМИ РАЗНЫХ КУЛЬТОВ ЕДИНУЮ ПОЛИТИЧЕСКУЮ ЗАДАЧУ-ОБЕСПЕЧИТЬ ВЫПОЛНЕНИЕ УКАЗА ПРЕЗИДЕНТА РФ БОРИСА ЕЛЬЦИНА ОБ ОБЕСПЕЧЕНИИ В ТЕКУЩЕМ ГОДУ В СТРАНЕ МИРА И СОГЛАСИЯ»

«Известия», 14 февраля 1397 г.

Спустя несколько дней после проведения четвертой акции Олег предложил мне проехаться в Москву. «Посмотрим, как работают наши новые биологические приборы воздействия», — сказал он.

В шесть вечера мы уже были в храме Николая Угодника, что ка улице Новокузнецкой, недалеко от института. Стоял полумрак. Потрескивали свечи. Тускло горели лампадки. Я заметил, что, входя в храм, Олег перекрестился.

— Вы христианин?

— Нет, я пантеист.

— А почему креститесь?

— Потому что в христианском храме отношение к Богу выражается крестом.

Он взглядом указал мне на группу людей, на коленях молившихся перед распятием. Я подошел поближе. Их было восемь человек не старше тридцати. На всех черные очки и татуировки на лбах, которыми они били об пол. Молитва была очень проста: «Господи, помилуй меня грешного». Так они повторяли и бились об пол, как заводные.

Олег наблюдал за ними минут тридцать. Затем кивком пригласил следовать за ним и вышел из церкви. В этот вечер мы посетили еще четыре церкви, где наблюдали аналогичную картину. Когда мы ехали назад, то всю дорогу молчали. Только на подъезде Воинов сказал: «Это, конечно, ужасно, но иначе нельзя». Видимо, у него не убивали близких.

На следующий день Кот с утра пришел в нашу комнату и поманил меня за собой.

Часть II КУКЛОВОДЫ

1. ПОЛИТБЮРО