Читаем Инка перусалемский полностью

ста тысяч долларов в год. Архидиакон. В таком случае, моя дорогая, тебе придется найти себе еще одного

жениха-миллионера, а пока можешь пойти в горничные к принцессе! Эрминтруда. Отличная идея! Я так и сделаю. (Уходит за занавес.) Архидиакон. Что? Вернитесь, мисс! Эрминтруда! Вернись сейчас же.

Свет на сцене меркнет.

Что ж, прекрасно. Я высказал все, что хотел. (Спускается в зрительный

зал и идет к двери, все время ворча.) Безумная, бессмысленная

расточительность! (Вскрикивает.) Пустое транжирство!!! (Бормочет.) Я не

намерен больше мириться с этим. Платья, шляпы, перчатки, автомобили;

счета, как снег на голову сыплются; а деньги исчезают, как вода.

Необузданные прихоти... никакого контроля над собой... полное

неприличие... (Кричит.) Я говорю, полное неприличие! (Снова бормочет.)

Хорошенькое будущее нас ожидает! Куда катится мир! Ну нет, я не намерен

со всем этим мириться. Пусть делает, что хочет. Я больше за нее не

отвечаю. Не собираюсь умирать в работном доме из-за никчемной,

безответственной, расточительной девчонки! И чем скорее это станет ясно

окружающим, тем лучше для всех нас... (Исчезает из виду.)

Гостиная в номере отеля. В центре стол. На столе

телефон. Возле стола два кресла, одно против другого.

Позади стола дверь. Над каминной полкой зеркало.

Входит принцесса, незамужняя дама в шляпе и перчатках.

Ее сопровождает управляющий отелем, элегантный мужчина,

который держится с профессиональной корректностью, но с

принцессой обращается всего лишь любезно; его

снисходительная манера граничит с непочтительностью.

Управляющий. Мне очень жаль, что я не могу разместить ваше высочество на

втором этаже. Принцесса (застенчиво и нервно). О, не беспокойтесь, прошу вас. Здесь очень

мило. Очень мило. Благодарю вас. Управляющий. Мы могли бы приготовить комнату в боковом... Принцесса. Нет, нет. Мне здесь вполне удобно.

Снимает шляпу и перчатки, кладет их на стол и садится.

Управляющий. Комнаты здесь ничуть не хуже, чем внизу. И тут не так шумно. А

подниматься можно на лифте. Если вашему высочеству понадобится

что-нибудь, вот телефон... Принцесса. Нет, нет, спасибо, мне ничего не нужно. С телефоном так сложно

обращаться. Я к нему не привыкла. Управляющий. Что прикажете подать? Чаю? Принцесса. Да, да, спасибо... я бы хотела немного чаю, если можно... если

вам не трудно.

Управляющий выходит. Звонит телефон. Принцесса в ужасе

вскакивает с кресла и отбегает подальше от телефона.

О боже!

Телефон снова звонит. Принцесса по-прежнему боится его.

Еще звонок. Она робко приближается к столу. Телефон

опять звонит. Принцесса вдруг с отчаянным видом

подбегает к телефону и, подняв трубку, прикладывает ее

к уху.

Кто тут? Что мне делать? Я не привыкла к телефону, я не умею... Что? О,

я вас слышу очень хорошо. (Садится; вид у нее довольный, от принимает

позу, удобную для разговора.) Как чудно! Что? Дама? А, девушка! Да, да,

я знаю. Да, пожалуйста, пришлите ее сюда. Мои слуги еще не кончили

завтракать? Нет, нет, не беспокойте их, не надо. Это неважно. Благодарю

вас. Что? Да, очень просто. Я и не знала... Повесить трубку туда же,

где она висела? Спасибо. (Вешает трубку.)

Входит Эрминтруда. Она выглядит скромно и степенно - на

ней длинная накидка с капюшоном, закрывающим головной

убор. Подходит к противоположной стороне стола.

Прошу прощения - я только что говорила по телефону. Было очень хорошо

слышно, хотя я никогда раньше не пробовала. Вы не присядете? Эрминтруда. Нет, благодарю вас, ваше высочество. Мне не пристало сидеть в

вашем присутствии. Я слышала, что вам нужна горничная. Принцесса. О нет, не говорите так! Мне ничего не нужно. Теперь непатриотично

в чем-то нуждаться - ведь идет война... Я отказалась от своей горничной

ради отечества. Она вышла за солдата, и у нее скоро будет, как сейчас

говорится, дитя военных лет. Но я не могу без нее. Я очень старалась,

но у меня ничего не выходит. Меня все обманывают, так что никакой

экономии все равно не получается. Я решила продать рояль и взять другую

горничную. Вот это будет настоящая экономия, потому что я вовсе не

люблю музыку и только ради приличия притворяюсь. Как вы считаете? Эрминтруда. Я с вами полностью согласна, ваше высочество. Вы совершенно

правы. Это будет экономия и самопожертвование одновременно и вдобавок

благодеяние по отношению ко мне, потому что я сейчас без места. Принцесса. Я очень рада, что вы одобрили мой план. Нельзя ли мне... нельзя

ли мне узнать, из-за чего вы лишились прежнего места? Эрминтруда. Из-за войны, ваше высочество, из-за войны. Принцесса. Да, да, конечно. Но каким обра... Эрминтруда (достает платок и горестно подносит его к глазам). Моя бедная

госпожа... Принцесса. Прошу вас - ни слова более. Забудьте о моем вопросе, он был

бестактен. Эрминтруда (справившись со своими чувствами и улыбаясь сквозь слезы). Ваше

высочество так добры. Принцесса. А как вам кажется - вы могли бы быть счастливы со мной? Я придаю

этому большое значение. Эрминтруда (убежденно). Я уверена, что буду очень счастлива, ваше

высочество. Принцесса. Вы не должны рассчитывать на какие-то необыкновенные условия. У

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Стилист
Стилист

Владимир Соловьев, человек, в которого когда-то была влюблена Настя Каменская, ныне преуспевающий переводчик и глубоко несчастный инвалид. Оперативная ситуация потребовала, чтобы Настя вновь встретилась с ним и начала сложную психологическую игру. Слишком многое связано с коттеджным поселком, где живет Соловьев: похоже, здесь обитает маньяк, убивший девятерых юношей. А тут еще в коттедже Соловьева происходит двойное убийство. Опять маньяк? Или что-то другое? Настя чувствует – разгадка где-то рядом. Но что поможет найти ее? Может быть, стихи старинного японского поэта?..

Александра Маринина , Геннадий Борисович Марченко , Александра Борисовна Маринина , Василиса Завалинка , Василиса Завалинка , Марченко Геннадий Борисович

Детективы / Проза / Незавершенное / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Полицейские детективы / Современная проза