Казалось, воспоминания пчелиным роем кружили над ним, но он упрямо ставил незримые щиты, защищаясь от… от чего-то страшного и печального. Ему хватало иных горестей, помимо неясных образов, то и дело прорывающихся в его сны.

А потом пришел момент, когда Юджин вывел его под руку из серого здания клиники.

Перед этим он долго о чем-то говорил с главным врачом и прочими коллегами. Показывал какие-то документы, спорил. Все, что Леша смог понять из неясных отголосков, слышимых через неплотно закрытую дверь – это, что его хотят перевести в другую клинику. В другом городе, а может быть, даже в другой стране.

Это показалось настолько невозможным, что Алексею на мгновение почудилось, что пространство коридора снова грозит свернуться обожженной бумагой. Но он испуганно сморгнул, и все встало на свои места.

А Юджин вышел из ординаторской и победно улыбнулся.

У ворот клиники был припаркован черный автомобиль с затемненными окнами. Из приоткрытого окна со стороны водительского сиденья вырывался сигаретный дымок.

Юджин открыл перед Алексеем заднюю дверцу.

Прежде чем сесть, Леша в последний раз оглянулся на психушку. Трехэтажное строение равнодушно смотрело на него темными окнами и показалось на секунду даже заброшенным, нежилым. Домом-призраком, населенным кошмарами. Леша передернул плечами и поспешно забрался в салон, пахнущий кожей, синтетикой и дорогими сигаретами. Юджин сел рядом.

Водитель – широкоплечий массивный мужчина с густой гривой темно-каштановых волос, самую малость не достающих до плеч – затушил сигарету в пепельнице.

– Как все прошло? – спросил не оборачиваясь.

– Прекрасно, – ответил Юджин, приобняв заробевшего Алексея за плечи. – Но советую не задерживаться здесь дольше необходимого.

– Согласен, – хмыкнул мужчина.

Машина тронулась. Выехала на трассу и стремительно набрала скорость.

– Мы едем домой, Леш.

Алексей кивнул, все еще с трудом веря, что палата, санитары и все кошмары остаются позади. Водитель поймал его взгляд через зеркало заднего вида – глаза у него оказались красивого голубого цвета. Редкое сочетание черт показалось Леше смутно знакомым. Так же смутно, как все те воспоминания, что норовили пробиться к нему через тревожные сны.

– Поздравляю с выпиской, Книжник, – в голосе водителя звучала улыбка. – Постарайся впредь так не встревать. А то Лютнист потерял покой и сон, когда тебя там нашел.

– Его зовут Алексей, – напомнил Юджин, вздохнул слегка. – Он еще ничего толком не помнит.

Водитель на мгновение обернулся:

– И меня не помнишь?

Алексей виновато покачал головой.

– Хреново, – заключил мужчина и тут же бодро добавил. – Ничего, прорвемся. Я Мечник. По паспорту Максим Образцов. Будем знакомы.

– Алексей, – представился Леша.

Леша глубоко вздохнул, стараясь расслабиться и избавиться от желания обернуться.

– Держи, Леш, – Юджин протянул ему смартфон. – Это твой. Пока там только мой номер и номер Меч… Максима.

– Советую оба запомнить наизусть, – снова подал голос водитель.

– Да, – согласно кивнул Юджин. – А то мало ли…

Алексей послушно взглянул на номера. Ряды цифр мгновенно заняли свои места в секторах памяти Книжника, вплелись в узор информационного поля.

Машина продолжала движение с все нарастающей скоростью.

– Предлагаю заскочить в пиццерию, взять по пиву и отметить это дело, – предложил Максим, уверенно держа руль в сильных руках.

– Нет, давай лучше сразу домой, – голос Юджина самую малость скрипел, словно сбились настройки звука. – Леше еще привыкать к нормальной жизни. Лишние стрессы ни к чему. Да, братиш?

Алексей кивнул, думая о том, что он странно бы смотрелся в пиццерии в больничной пижаме и… смирительной рубашке? Он вздрогнул, дернулся, но связанные рукава держали крепко. Правая ладонь продолжала судорожно стискивать смартфон, который вдруг завибрировал противно, зажужжал, словно крупное насекомое.

– Что такое, Леш? Опять накатывает? – Юджин смотрел с тревогой и участием.

Даже Мечник обернулся, игнорируя сумасшедшую скорость движения. Алексей хотел крикнуть ему, чтобы смотрел на дорогу, но пересушенное препаратами горло, вновь ему отказало.

Машина вильнула, вздрогнула всем корпусом. Под колесами зашумел и застучал гравий насыпной дороги, в окнах промелькнули темные сосны. И прямо перед машиной распахнулись кованые ворота психиатрической клиники…

Леша закричал.

И проснулся.

Глава 8

Алексей распахнул глаза и тут же зажмурился, ослепленный светом. Дернулся, все еще чувствуя на себе объятия смирительной рубашки. Из-под тела ушла опора. Он рухнул в пропасть, закричал от ужаса.

Боль в ушибленном локте и отбитом бедре отрезвила быстрее, чем голос перепуганного Эрика:

– Леха, ты чего?!

Алексей открыл глаза и обнаружил себя лежащим на полу в светлой спальне. Простыня, которой они с Эриком укрывались по причине жаркой погоды, крепко спеленала его ноги, прилипла к потному телу.

– С добрым утром, – Эрик ошарашенно глядел на него сверху вниз, сидя на своей половине кровати. – С приземленьицем. Что тебе приснилось? Опять психушка?