Читаем Инферно полностью

— Точно, в Центре и вода жиже и водка пьянее. Недавно фильм смотрел, так баба — полковник, из ваших, в одиночку перемочила роту мужиков и сделала всем ручкой. Даже непонятно за каким хреном оказавшимся там американцам. Гордость, знаешь ли, берет за «старшего брата»…

Так за разговором друзья подъехали к дому, где жил ведущий хирург, Андрей Игоревич, который вчера принимал и оперировал доставленных с пустыря девчонок.

— Только не скажи, что кино продолжается, и докторишку уже того!.. — отдышавшись после быстрого подъема на седьмой этаж, сказал Берестов и вдавил кнопку звонка. — Еще и лифт не работает.

— В кино бы работал. А вообще не каркай. У меня весьма, просто весьма дурные предчувствия.

Некоторое время за дверью было тихо, только раздавались трели остервенело вдавливаемого Берестовым звонка. Наконец послышались шаги, и ворчливый голос из-за двери спросил:

— Кто?

— Милиция! — поспешил представиться Павел, по тону вопроса уставшего после бессонной ночи и двух сложных операций хирурга, угадав нешуточное раздражение.

— А документы?

— Через дверь?..

После минутной паузы дверь приоткрылась, и в дверном проеме появилось заспанное лицо Андрея Игоревича. Предъявив удостоверение, Павел сделал шаг к двери, но хирург не отступил, освобождая проход, а внимательно посмотрел на Берестова.

— А ваше, молодой человек?

Развернув служебное удостоверение, что бы недоверчивому врачу было удобнее его рассмотреть, Александр протянул руку к двери.

— Ого! — удивленно воскликнул Андрей Игоревич, и, осмотревшись по сторонам, иронично произнес. — МВД, ФСБ! А прокурорского с вами нет? Ну, чтобы сразу тройка, как в приснопамятные времена?..

Поворчав для виду, он отступил в сторону, пропуская неожиданных гостей вовнутрь. Предложив им занять удобные кресла в зале, Андрей Игоревич, извинился и, сославшись на необходимость привести себя в порядок, оставил Александра и Павла одних.

— Не хило врачи у нас живут, — задумчиво произнес Павел, осмотревшись по сторонам, — а все плачутся, что зарплаты у них аховые.

— Частная практика и все такое… — сказал Берестов. — Это только нам государство запрещает иметь иной источник дохода кроме зарплаты.

Через минуту, наскоро умывшись, в комнату вернулся Андрей Игоревич. Теперь он вновь стал похож на самого себя — известного всему городу хирурга, спасшего не одну жизнь. Въедливый и ворчливый, тяжелый в общении человек лет пятидесяти, Андрей Игоревич, тем не менее пользовался заслуженным уважением коллег и любовью пациентов. МАСТЕРУ прощалось все: ворчание, язвительные реплики или резкое замечание в адрес замешкавшегося во время операции ассистента. Вот и теперь он, сварливо поджав тонкие губы, неприязненно поглядывал на нежданных визитеров, прервавших его отдых после ночного дежурства.

— Итак, чем могу?.. — спросил ворчливо, удобно устроившись в кресле напротив гостей.

— Нас интересует судьба двух ваших пациенток… — начал, было, Павел…

— Тех, что доставили с огнестрельными ранениями вчера вечером, судя по всему? — перебил его хирург, давая понять, что устал и негативно относится к затяжкам их беседы. — Их забрали. Родственники, под расписку. Такое допускается. Состояние девочек было стабильным. Вся проблема подобных ран заключается во внутренних кровотечениях, при которых человек теряет много крови. Без хирургического вмешательства отток крови не остановить. А это не способствует хорошему самочувствию. Однако при современном уровне медицины и своевременной доставке в операционную… Поверьте, это уже рутина. Хлопотно, муторно, трудоемко… Резать часов по пять каждую, но не подвиг, не чудо, как раньше.

— Вы хотите сказать, что жизнь девочек вне опасности? — удивленно спросил Павел.

— Абсолютно. Возможны, конечно, осложнения, перитониты, другие страшные научные термины, не буду уж утомлять ваш уважаемый слух, — с язвительной усмешкой произнес Андрей Игоревич, всем своим видом демонстрируя осознание превосходства перед несведущими в медицине сотрудниками, — но это не смертельно. Тем более мы их вчера почистили на совесть. Крови влили литра по полтора. В общем, стабильно тяжелые…

— А перевозка!

— Единственное существенное препятствие. Но меня убедили. Вы бы видели их машины. Идут не шелохнутся. Одна такая стоит больше, чем моя квартира, дача и мы втроем вместе взятые.

— Ну мы, пожалуй, не так уж и дешево себя ценим, — вполголоса неприязненно буркнул Берестов. — Можете показать расписку? Вы записали паспортные данные родственников?

— Обижаете, господа! Все в расписке. Лично сверял.

— А расписка, конечно, на работе в кабинете?

— Зачем же. Такие вещи надо ближе к сердцу держать. Жизнь штука непредсказуемая. Не дай Бог случись что!.. Сейчас покажу.