Читаем Инферно полностью

Карага ничего не стал менять, только добавил на диван пару кожаных подушек, встроил в душ массажный режим и оборудовал кладовку дверью со стальными решетками.

С помощью этих мелочей он окончательно обустроился и считал квартиру на Столишной своим настоящим домом, а остальные — временным пристанищем и чем-то вроде гостиничных номеров, и поэтому доставку заказал именно на Столишную.

По пути домой Карага завернул в магазин и купил для себя килограмм салата с тунцом и пять бутылок темного пива, а для Кеннета — пару банок тушенки. Опыт подсказывал ему, что для того, чтобы определить, кто в доме хозяин, нужно увидеть, кто что ест.

Сложно корчить из себя повелителя, жуя тушенку, а парня надо сразу же немного осадить, иначе бинтов не напасешься.

Рана на щеке уже зажила — остался лишь белый забавный полукруг, словно на Карагу наступил копытцем маленький пони. Этот след тоже должен был исчезнуть в ближайшее время, скорее всего наутро.

Ожидая доставки, Карага побрился, умял салат, а пиво трогать не стал, решив сначала спровадить Эвила, а потом уже отдохнуть с бутылочкой.

Эвил был недоучкой, которого выгнали из института, и потому репрессии он пережил. Никому в голову не пришло, что мрачноватый студент, работающий в лабораториях в стиле Йозефа Менгеле, окажется настолько талантлив, что спустя десятки лет останется единственным, кто способен обслуживать меха и их зарядные устройства.

Карага его недолюбливал за привычку совать нос не в свои дела, но считал одним из лучших своих клиентов: Эвил никогда не жадничал и деньги платил в срок при том условии, что товар отвечал всем его требованиям.

Купленный у Джерри пацан всем требованиям соответствовал и должен был принести хороший куш — Карага собирался завысить цену минимум втрое.

Сам Эвил по полицейским участкам и подворотням в поисках подходящих экземпляров не шастал, считая это ниже своего достоинства.

Пока Карага готовил камеру к прибытию жильца (постелил резиновый коврик и укрепил на железных прутьях пластиковую поилку), на улице отключили электричество.

Три часа ночи, и до сих пор ни доставки, ни реакции на странную находку… должно же произойти хоть что-нибудь, подумал Карага и открыл первую бутылку пива.

Эта мысль запустила цепочку событий: практически одновременно на лестнице появились грузчики со старательно закрытой пластиковой коробкой, напоминающей холодильник, и Эвил, оставшийся маячить за их спинами.

Карага открыл дверь.

Грузчики, матерясь, принялись таскать коробку туда-сюда по коридору, Эвил вошел с бледной улыбкой и тут же уселся в единственное кресло.

Стыковку коробки и камеры-кладовки удалось провести со второй попытки, и то только потому, что Карага поставил бутылку и взялся за дело сам. Служба доставки старательно разыгрывала сцену невероятной сложности. Несмотря на их преувеличенные старания и страдания, Карага денег выдал ровно столько, сколько полагалось, и вытолкал ругающуюся братию обратно в подъезд.

Эвил с кислым видом подошёл к решетке, подергал замок и глубоко задумался.

— Пива? — спросил Карага из обычной вежливости.

— Нет, благодарю, — так же вежливо отозвался Эвил. — Дорого?

— А ты посмотри на него внимательнее.

— Да уж вижу. — Эвил постучал пальцем по решетке. — Больной какой-то…

— Устал.

— Он сдохнет, не успеешь ты глазом моргнуть, — с уверенностью сказал Эвил.

— Почему это? — насторожился Карага.

В хобби он понимал ровно столько, сколько любитель понимает в шахматах: знал основные принципы и ходы, но не вникал настолько, чтобы с первого взгляда разглядеть то, что разглядел Эвил.

Эвил считался профи среди любителей хобби, и к нему стоило прислушаться.

— Он долго не ел и не собирается, — пояснил Эвил, глядя на Кеннета, стоящего в углу кладовки в странной позе — его так вытянуло, что казалось, он повесился. — В полиции брал? Его явно уже загоняли до полусмерти.

— Я купил еду, — сообщил Карага, открывая холодильник. — Будет жрать как миленький. С чего ему не жрать?

Кеннет от еды напрочь отказался. Точнее, он не отреагировал на неё вовсе. Все так же стоял в углу и смотрел перед собой, и стал походить не только на повешенного, но и на утопленника, потому что весь посинел.

Карага забеспокоился. Труп в квартире — масса возни, да и потраченных денег жалко… Эвил молча слонялся по комнате и наблюдал за мучениями Караги, а Карага изо всех сил пытался заинтересовать Кеннета едой: то выкладывал тушенку на тарелку, то перекладывал в руку и просовывал её сквозь решетку.

— Я ещё здесь, — наконец напомнил Эвил.

— Погоди ты…

Эвил вздохнул.

— Попей пивка, Крэйт, — сказал он. — Так уж и быть, преподам тебе маленький урок. Удивительно, как ты умудряешься вести дела, если не имеешь ни малейшего представления об особенностях процесса.

Он отстранил Карагу, усадил его в кресло и поставил рядом бутылку пива и стакан.

— Звукоизоляция в квартире хорошая? — спросил он на всякий случай.

— Стопроцентная.

— Это хорошо.

Устроив Карагу, Эвил вернулся к решетке и сказал обычным, располагающим тоном: