Читаем Инферно полностью

– Неудивительно, – продолжала Сиенна, – что на Зобриста набросились со всех сторон – и политики, и церковь, и Всемирная организация здравоохранения. Все они подняли его на смех как сошедшего с ума мизантропа, пытающегося посеять панику. Особое возмущение вызвало его утверждение, что если нынешняя молодежь решится обзавестись потомством, то оно станет свидетелем гибели человечества в буквальном смысле слова. Зобрист проиллюстрировал эту мысль «часами Судного дня». Если всю историю человечества на планете сжать до одного часа… то мы проживаем последние секунды.

– Я видел эти часы в Интернете, – признался Лэнгдон.

– Да, это его творение, и оно вызвало бурное негодование. Но настоящий шум поднялся после заявления Зобриста о том, что его научные изыскания в области генной инженерии окажут человечеству несравненно большую пользу, если послужат не лечению болезней, а созданию новых.

– Что?!

– Да, он утверждал, что его технологии следует использовать для ограничения роста населения путем создания гибридной линии болезни, перед которой современная медицина окажется бессильной.

При мысли об искусственном создании гибридных вирусов, которых, если они окажутся на свободе, уже нельзя будет остановить, у Лэнгдона мурашки побежали по коже.

– Всего за несколько лет, – продолжала Сиенна, – Зобрист из иконы медицинского мира превратился в абсолютного изгоя, отверженного. – Она помолчала, и на ее лице отразилось сочувствие. – Так что неудивительно, что он в конце концов не выдержал и покончил с собой. И особенно печально, что он, возможно, прав.

Лэнгдон не верил своим ушам.

– Извините, вы считаете, что он прав?!

Сиенна выразительно пожала плечами.

– Роберт, если рассуждать с чисто научной точки зрения, опираясь только на факты и отбросив все эмоции, я могу вас заверить, что, если не произойдет ничего кардинального, конец нашего вида не заставит себя долго ждать. И приближается он очень быстро. Это не будет ни «озером огненным и серным»[30], ни апокалипсисом, ни ядерной войной… это будет полный коллапс из-за перенаселения планеты. С математикой не поспоришь.

Лэнгдон похолодел.

– Я серьезно изучала биологию, – продолжала Сиенна, – и могу заверить, что исчезновение вида из-за перенаселения случается в природе довольно часто. Представьте себе колонию ряски на поверхности крошечного пруда в лесу, в котором питательных веществ более чем достаточно. Если ряска начнет бесконтрольно размножаться, то затянет всю поверхность пруда и солнечные лучи не смогут проникать в толщу воды и давать жизнь питательным веществам в ней. Высосав все полезное из окружающей среды, водоросли быстро погибнут и исчезнут без следа. – Она тяжело вздохнула. – Подобная участь может ждать и человечество. Причем гораздо раньше и стремительнее, чем нам представляется.

Лэнгдону стало не по себе.

– Но это… невозможно.

– Возможно, Роберт, хоть и не укладывается в голове. Человеческий разум наделен примитивным защитным механизмом, который отрицает реальность, если она оказывается слишком большим стрессом для мозга. В психологии это называется «отрицанием», или «игнорированием опасности».

– Я слышал об этом, но отвергаю состоятельность этого тезиса, – попробовал перевести все в шутку Лэнгдон.

Сиенна закатила глаза.

– Остроумно, конечно, но поверьте мне, что это не шутки. Отрицание – важнейший элемент защитной реакции человека. Не будь его, мы бы просыпались каждое утро в ужасе, думая, какой смертью умрем. Но наш мозг блокирует экзистенциальные страхи и переключает внимание на проблемы, решить которые вполне в нашей власти, например, явиться на работу вовремя или заплатить налоги. А при появлении масштабных, экзистенциальных страхов мы быстро заменяем их простыми задачами и будничными хлопотами.

Лэнгдон вспомнил о недавнем интернет-исследовании, проведенном среди студентов восьми престижных университетов Лиги плюща. Результаты выявили инстинктивную склонность к отрицанию даже у тех пользователей Сети, которые обладают высоким интеллектом. Исследование показало, что подавляющее большинство студентов, оказавшись на странице с какой-нибудь удручающей новостью, вроде таяния снегов или вымирания видов животных, стараются побыстрее ее покинуть и переключиться на что-нибудь банальное, чтобы очистить свой мозг от страха. Чаще всего для этого они смотрят спортивные новости, забавные видео про кошек и светские сплетни.

– В мифологии, – задумчиво заметил Лэнгдон, – игнорирование опасности считалось наивысшим проявлением спеси и гордыни, ибо кто подвержен им больше, чем человек, считающий себя неуязвимым перед лицом всех опасностей мира? Данте был с этим полностью согласен и считал гордыню худшим из семи смертных грехов… а гордецов поместил в самый нижний круг ада.

Сиенна на минуту задумалась, а потом продолжила:

– Зобрист обвинил многих мировых лидеров в том, что они игнорируют реальность… прячут голову в песок. Особенно резко он критиковал Всемирную организацию здравоохранения.

– Не сомневаюсь, что те в долгу не остались.