Читаем Инфант полностью

Стены, которые заказчик настойчиво просил выкрасить в голубой, Петров чаще всего исполнял цветом морской волны. Ведь это был его любимый цвет. И даже самое элементарное – потолок, который должен был поражать белоснежной безукоризненностью, впечатлял совсем другим, а именно нежно-бежевой неожиданностью, словно красящим веществом был не акрил, а простая ряженка. И таким образом маляр 4-ого разряда поступал с любым заказом. Слава Богу, клиенты принимая работу, никогда не ругали Петрова за его вольности, потому что несмотря на самовольно выбранные цвета, качество покраски всегда оставалось высочайшего класса. А вот вышестоящему начальству о допущенных неточностях в работе престранного маляра все ж таки время от времени докладывали. И наверное именно поэтому (хотя, кто знает, быть может имелись и иные причины), маляру Петрову дали 5-ый, то есть, высший разряд в его незатейливой, но все-таки творческой профессии, посмертно.

Моцарт

Мрак сгущается над Веной,Бог на небе глух и нем,Жадно и самозабвенноПишет Моцарт реквием.Трели ангельской свирелиСлышит Амадей давно,Сыпь Антонио СальериЯд в Бургундское вино.Есть у Бога оправданиеНа каприз судьбы любой:На душевные страданья,На физическую боль.Сколько дней пройдет в ненастье,В изнурительном труде?В поисках земного счастьяБродят боги по воде.Ходят боги, ищут богиОтголоски райских дней,В пенье гениев убогих,В криках глупых королей.Пей вино усталый Моцарт,Mир не сгинет от потерь,Нет, не сердце в глотке бьется,Это смерть стучится в дверь…

Толстушка

Толстушкам бодрым посвящаю я свой замысловатый стих!

Я о женщине толстой мечтаю,Грежу ей наяву и во сне,Будто мудрую книгу листаюСкладки жира на мощной спине.Что мне спин изможденных поленья?Что ввалившихся щек пустота?Вызывает одно сожалениеЭтих призрачных тел нагота.Шлите к черту посты и диеты,Не от светлой они головы,Не гнушайтесь говяжьей котлеты,И другой калорийной жратвы!Ешьте все, что желудку угодно,Голодание граничит с тоской,Я всю жизнь обнимаю голодных,Оттого ли и сам стал такой?!Где ж ты бродишь толстушка младая?Дай обнять стан немыслимый твой,Чтоб при этом десница худаяНикогда не сомкнулась с другой…

Родительский дом

«Родительский дом, начало начал, ты в жизни моей последний причал»

(из популярной песни)Когда стану больным я и старым,И опорой мне будет клюка,Позабуду всех женщин и бары,И гитару забудет рука.Буду жить от болезни к болезни,Станет чужд мне сладчайший оргазм,Но пред тем, как совсем мне исчезнуть,Я впаду в глубочайший маразм.Мои злобные нервные дети,В простоквашу подсыпят мне яд,Даже если я это замечу,Все равно буду я виноват.А когда у них лопнет терпенье,Наблюдать за моим житием,Увезут меня на попечениеК злым медсестрам в «родительский дом».

Человек без головы

Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэты 1840–1850-х годов
Поэты 1840–1850-х годов

В сборник включены лучшие стихотворения ряда талантливых поэтов 1840–1850-х годов, творчество которых не представлено в других выпусках второго издания Большой серии «Библиотеки поэта»: Е. П. Ростопчиной, Э. И. Губера, Е. П. Гребенки, Е. Л. Милькеева, Ю. В. Жадовской, Ф. А. Кони, П. А. Федотова, М. А. Стаховича и др. Некоторые произведения этих поэтов публикуются впервые.В сборник включена остросатирическая поэма П. А. Федотова «Поправка обстоятельств, или Женитьба майора» — своеобразный комментарий к его знаменитой картине «Сватовство майора». Вошли в сборник стихи популярной в свое время поэтессы Е. П. Ростопчиной, посвященные Пушкину, Лермонтову, с которыми она была хорошо знакома. Интересны легко написанные, живые, остроумные куплеты из водевилей Ф. А. Кони, пародии «Нового поэта» (И. И. Панаева).Многие из стихотворений, включенных в настоящий сборник, были положены на музыку русскими композиторами.

Фёдор Алексеевич Кони , Михаил Александрович Стахович , Евдокия Петровна Ростопчина , Антология , Юлия Валериановна Жадовская

Поэзия