Читаем Инерция (СИ) полностью

Кроме того, в гравитационные коллапсы можно было затянуть небесные тела, своей крупностью и труднопредсказуемой траекторией угрожающие безопасности Земли.

Наконец, имелся определенный интерес даже к пресловутому путешествию во времени. Причем речь шла не о праздном туристическом любопытстве, но о возможности решения задач в ряде научных дисциплин. Истории, палеонтологии, астрофизики. Да и футурологи и прочие специалисты, промышляющие составлением прогнозов, были бы избавлены от необходимости громоздить горы умозрительных рассуждений, рисовать километры графиков, погружаться в пучину формул, высасывать из пальца теоретическую базу, чтоб в итоге… все равно промахнуться.

В случае овладения технологией перемещений во времени этих современных незадачливых пифий мог бы с успехом заменить один человек. Единственный человек, способный, побывав в будущем, с максимальной достоверностью выяснить, к каким последствиям приведут те или иные решения. Сами гадалки компьютерной эры оттого наверняка остались бы без работы, но чем не пожертвуешь ради столь ценной информации!

В общем, заманчивые перспективы открывались для рода людского… если б не одно «но». К тому времени, когда человечество спохватилось, что генераторы гравитационного поля, что средства их доставки были давно ликвидированы. Вместе (увы и ах!) со всеми чертежами и формулами. По официальной версии, во всяком случае.

А большинства ученых и конструкторов, некогда трудившихся над созданием гравитационного оружия, уже и в живых-то не было. Если же кого-то из его создателей находили живым и здравствующим, то добиться от него удавалось разве что покаянных фраз или заявлений о собственной слабой памяти. Что, мол, поделаешь — старость не радость.

В лучшем случае найденный специалист мог честно признаться, что был посвящен лишь в крохотную частную проблемку, а общую цель работы представлял себе весьма смутно. Последнее, кстати было недалеко от истины. Ибо создатели чудо-оружия Атлантического Альянса могли сидеть в лабораториях, расположенных на разных побережьях американского континента или даже разделенных океаном.

Так что рассчитывать на прежние наработки не приходилось. Дорожку до заветного ключика к четвертому измерению человечество вынуждено было вновь пройти сначала. Причем на пути этом очень скоро возникла неприятная коллизия.

С одной стороны наработки по исследованиям на данную тему (да и сами результаты) могли попасть в плохие руки. Криминальных боссов, которые воспользовались бы возможностью путешествия во времени, дабы уничтожить конкурентов заранее — в еще безобидные детские годы. Корпораций, что наверняка бы предоставляли доступ к «машине времени» всем желающим, а главное, платежеспособным. Начиная от туристов, которые вели бы себя в прошлом как слоны в посудной лавке, и заканчивая теми же гангстерами. А на пресловутый «эффект бабочки» плевать. Своя рубашка, как известно, ближе к телу. Особенно рубашка с карманами, полными денег.

С другой стороны кто-то из ученых мог опять-таки решать локальную проблемку. И не догадываться, что его исследования могли помочь в великом деле — избавлении человечества от пут трехмерного пространства. Наработки этого неизвестного гения, возможно, привели бы к прорыву. Но знала бы о них разве что горсточка коллег. Или сам ученый мог отбросить бесполезные на собственный ограниченный взгляд (но на деле-то прорывные!) результаты.

Во избежание любой из этих двух ситуаций проблему препоручили заботам Глобальной Безопасности. Создав в ее недрах отдел «Т». Названный так в честь буквы, с которой начиналось английское «time», как и латинское «tempus» или, скажем, шведское «tid». И означавшей то самое заветное четвертое измерение — властью над которым человечество уже успело овладеть, бездарно и едва ль не самоубийственно воспользоваться, а затем столь же бездарно эту власть профукало. Но теперь тщилось получить ее обратно, уже не повторяя прежних ошибок.

Когда отдел «Т» создавали, Андрей Кожин только начинал свою работу в Восточноевропейском управлении. И у него, на тот момент сопливого стажера, едва покинувшего Академию, даже сомнений не возникло по поводу выбора специализации. Проблематика отдела «Т» манила увлекавшегося фантастикой юнца, как бредущего по пустыне и умирающего от жажды путника — замаячивший на горизонте оазис.

«Перемещения во времени? Ну надо же!» Казалось, плоды фантазий, увлекавшие Андрея в детстве и юности, теперь настойчиво колотили в дверь реального мира, желая показаться ему во плоти.

Да только, увы: и оазис нередко оказывался миражом, и в дверь могли постучать ради дешевого розыгрыша или просто по ошибке. Эйфория прошла быстро. Простая истина, что любое дело состоит по большей части из рутины, исключений не знала. Более того, временами Кожину казалось, что ничего, кроме рутины в его работе и нет.