Читаем Индульгенции полностью

– Ладно, – убираю трубку от уха и просматриваю пришедшее сообщение. – Буду через двадцать минут. И сделай мне приятное.

– М-м-м?

– Перенесем обсуждение состояния счетов хотя бы на завтра.

– Ты меня погубишь, милая. У меня завтра закрытие крупной сделки. Давай на послезавтра, как раз сегодняшнюю транзакцию учтем.

– До встречи.

Так, Мише написала, но он все равно пока занят, Алекс свое дело сделал, бабки подбивать буду позже. Господи, я и не думала, что для человека с деньгами покупка машины – столь обременительное дело. Нет, я знала, что некоторые комплектации «икс-шесть» надо заказывать и ждать по месяцам, но всегда думала, что меня это не коснется. Просто ужасный день. Я давно не ощущала себя такой уставшей – уже не физически, а морально. Игорь изъявил свое желание встретиться – опять через Алекса. Видимо, нервы не выдерживают даже набирать мне сообщение. А я, он считает, просто сплю, хожу по магазинам и делаю подтяжки. Вот и вся моя работа – так он считает.

Бизнес, вложения, акции, даже Алекс с его манерами и костюмчиками – все это якорем тянет меня на дно, где нет ничего, кроме той самой усталости, что испытывает по вечерам обычная мать-одиночка с двумя детьми, работающая на должности клиент-менеджера. Стоит исчезнуть Мише – и жизнь сворачивается в петлю вокруг моей шеи. Я частенько смотрю то на бар, то на ключ от винного шкафа, но каждый раз передумываю. Страх вернуться превыше прочих. По крайней мере, пока. Я знаю, что в моей тормозной системе давно сухо и нет давления, а потому разгоняться мне нельзя даже по минимуму. Абсолютное большинство окружающих может сказать, что у меня все прекрасно, и что жизнь удалась – не то, что у них, с ипотекой и попыткой вырастить и выучить хотя бы одного ребенка. Жалко и убого. Именно так выглядят подобные суждения.

А было ли так всегда? Конечно, нет. Я знала времена, когда я просто держала крошечный ларек на Карпинского, и после выплаты всех податей, выплат ментам и крыше и зарплаты продавцам с этого «серьезного бизнеса» оставалось только на самое необходимое. Я всегда что-то недорабатывала, где-то ошибалась. Ну, я же женщина, я не могла тащить эту лямку сама всю жизнь. И тогда пришел он – уже состоявшийся и сориентированный в сегодняшней жизни и готовый к новым временам. Со временем – директор оптовой группы компаний, у которого все схвачено. Вся эта трансформация пронеслась перед моим удивленным взором за несколько лет, и я обнаружила себя совершенно иной, защищенной, свободной выбирать что угодно. Я также ошибалась, но так ли страшно это было?

Я любила его. Любила и уважала, несмотря на его максимализм, заносчивость, иногда – грубость. Я бежала от последнего в мир покоя, в мир отказа от правды, которая разрушила бы меня, его, весь этот крошечный, но обеспеченный мир. И я, конечно, любила Антона, но он даже маленьким мальчиком не питал ко мне тех же чувств. Потом уже, многие годы спустя, я поняла, кто сделал меня монстром в его глазах. Но пока не понимала, в глубине души, я долго любила Игоря.

А потом все кончилось. И если бы не Саша и его способность, несмотря на метросексуальные манеры, брать в руки вожжи в нужный момент, то неизвестно, где я прозябала бы сейчас.

Все то, во что я верила годы, ушло. Но, несмотря на туман того периода, когда я утонула в клинике, я до сих пор помню эти натянутые, как струна, дни в одном доме с Игорем – к счастью, на последнем этапе их было немного, он чаще жил за городом. Помню этот ортодоксальный, до омерзения консервативный секс, который я получала все те годы. А Миша появился у меня не больше года назад, как мне кажется. Причем, при совершенно несуразных обстоятельствах. Мы познакомились в автомобильной пробке, совершенно случайно. Мне кажется, поначалу он перепутал мой возраст…

Миша

…что самое трудное – это не торговать, а делать вид, что ты просто болтаешь с хорошими знакомыми. Молодая парочка клянчит у меня скидку на «экстази», и мне становится смешно, когда они упоминают никому не известного «этого парня, который знает того парня, который один раз встречался со знакомым какого-то мелкого барыги», но я стараюсь сохранять лицо и спокойно объясняю, что цена не изменится. Приобретенный рефлекс вынуждает меня придерживать перцовый баллончик, хотя я знаю, что из-за девушки и из-за большого количества народа около этого клуба на заводских задворках Лиговки, парень не станет первым включать быка. Фактически, мы уже договорились, и вот тут-то и начинается самое веселое. То, чего я, с одной стороны, не мог ожидать, а с другой – только и ждал. Даже не знаю, как это лучше объяснить.

– Эй!

Если бы этот голос не показался мне настолько знакомым, я бы уже сделал рывок куда-нибудь на Расстанную, а потом – через Обводник и куда-нибудь вглубь промзоны, подальше от общественных мест.

Но нет. Это же наш отличный друг.

– Значит, опять, да? – Андрей быстрыми шагами подходит к нам и встает впритык ко мне.

Парочка явно ошарашена. Оба делают шаг назад, но совсем уходить не решаются. Желание кайфа сильнее.