Читаем Индийское лето полностью

А жизнь, она так скоро проходяща,

И им про то в один момент забыть?!

Но слыть звездой не тоже, что и быть.

Это…

Не истратив на раздумья жизни,

Что течёт помимо, кровью брызнет,

Как закатом. Солнце льётся в тень,

А земля туманом пАрит… День

Между тем стекает незаметно

В вечность. Беззаветно, безответно.

Манит вдаль конечности тропинка.

На вопрос ответив без запинки,

Дятел ставит точку или точки…

Тишина, оградки и цветочки,-

Где какие. Белка ждёт орехи…

Здесь всё в прошлом: радость и огрехи.

На ограде — тень сидящих с краю.

Это жизнь, что нам не мнится раем.

Облако

То облако, как свежий неба шрам.

Но это мило, мужественно, шарм!

И этот мир, так мы его рисуем.

Рискуем в том, не так он предсказуем.

Не спится…

Очертила улитка порог.


Мир продрог.


Лик луны бледный катится мимо,


Как и мнится, — что малым и милым.


Столь росы, сколько слёз пролилось…


Дело сделано, но не сбылось,


Что задумано было. Пугливы


Неспроста. Просто мало чудес


Нам доверено: море и лес,


Бархат мха и калины дурман


И подсолнухов полный карман…


Лишь бы было бы с кем поделиться.


Мне опять неспокойно, не спится…

Просто так

Морю марево,

Растворяется в будущем прошлое.

Полдень, пАрило

И парИло, как пёрышком, пошлое.

Горизонта на дне

Закипает рассвет, чайник будто…

Я — нечаянно! Или нечаянный, мне

Не дари незабудки.

— То — дурная примета?..

— Просто так. Нет ответа.

Струйкой дыма…

Нёбо неба. Луна бестелесна,

Ей давно неуютно и тесно.

Полукруглым своим язычком

Дразнит тех, кто внизу. Маячком -

Светлячок, а кузнечик тем паче.

Мир округ не вполне однозначен,

И от мяты горчит. Сумрак. Сыро.

То бывает в ночи. Неба дыры -

Звёзд просыпана пыль,

Не иначе.

Колыбели ковыль

Снову плачет,

А потом — ничего.

Спутан ветер.

Вечер тих не всегда,

Реже — светел.

Струйкой дыма погаснувшей свечи-

Че-ло-век. Тот, который конечен.

Август

Август густ. Собирает грибы и орехи,

Как иные — обиды, наветы, огрехи.

Он у лета подножья — зелёный пригорок.

И конечен, конечно, поэтому горек.

Тенью трав…

Тенью трав исписана дорога,

Ость овса — кузнечиком, а лес

Так шумит… Как плачет у порога

В осень, чей абрис оброс. Навес


Неба чуть заметно выцвел. Вволю,

По краям неубранных полей,

Птицы на дорожку — хлеба с солью

Будущего снега. Лей не лей, -


Дождику однажды прекратиться,

А придётся, так тому и быть.

Лето, осень, — как распорядиться,

Теми, что случаться? Ветру выть


Что не помешает, что поможет?

Несть вопросов тех, что нас не гложут.

Есть один на всё про всё ответ.

Только нас на свете будто нет.

Медовый спас

Нельзя глядеть на храмы свысока…

Лишь снизу вверх, они мудрей и старше,

Под сенью их душа не простит фальши,

Но истин жаждет, простоты. Строка

Собою полнит, жизни уходящей

Предоставляет случай погодить

Под сенью Храма. Ранен настоящим,

Как прошлым будешь ранен, может быть.

Вприсядку рельсы

Вприсядку рельсы. Путь, состав, вагон

Один на всех: тот день, маршрут, прогон.

И стук колёс, до тех седин, один,

Как общий страх, и боль навек, един:

Успеть не то иль вовсе не успеть,

Не долюбить немного, просмотреть

Кому ты дорог испокон веков,

И лишь бы был, и лишь бы был здоров.

Тоскую…

Чью первой утолить печаль,

Не чаю я, давно отчаясь,

Махну рукой тому, отчалясь

Кто не вернётся прежним. Жаль, -


Казался милым и беспечным,

А был надёжным, и заботой

Он окружал, сокрыв зевотой,

По всем волненье бесконечно.


И …левая щека в мурашках.

Манжеты в запонках, рубашки

Висят, отглажены вдовой.

Тоскую, папа, милый мой…

Полосы судьбы

Да выгорят ли полосы судьбы,

Казались что чернее синей ночи?

Мы перед ними испокон слабы.

На кон бросаем всё, и между строчек


Не ищем смысл. Он ясен. На виду.

Коль глупость — счастье, ум ли на беду?


На кромке стоя у любого края,

Ты, как дитя, но жизнь идёт в разбег,

Даёт сполна и много отбирает.

А дни идут и тают, словно снег.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Маршал
Маршал

Роман Канты Ибрагимова «Маршал» – это эпическое произведение, развертывающееся во времени с 1944 года до практически наших дней. За этот период произошли депортация чеченцев в Среднюю Азию, их возвращение на родину после смерти Сталина, распад Советского Союза и две чеченских войны. Автор смело и мастерски показывает, как эти события отразились в жизни его одноклассника Тоты Болотаева, главного героя книги. Отдельной линией выступает повествование о танце лезгинка, которому Тота дает название «Маршал» и который он исполняет, несмотря на все невзгоды и испытания судьбы. Помимо того, что Канта Ибрагимов является автором девяти романов и лауреатом Государственной премии РФ в области литературы и искусства, он – доктор экономических наук, профессор, автор многих научных трудов, среди которых титаническая работа «Академик Петр Захаров» о выдающемся русском художнике-портретисте XIX в.

Канта Хамзатович Ибрагимов , Михаил Алексеевич Ланцов , Николай Викторович Игнатков , Канта Ибрагимов

Поэзия / Историческая проза / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Историческая литература
Жених
Жених

Волей случая Игорь оказывается перенесён из нашего мира в один из миров, занятых эльфами. Эльфы необычные для любителя ролевых игр, но его жизнь у них началась стандартно. Любовь к красавице-принцессе, магия, интриги и война, от которой приходится спасаться в родной мир. Вот только ушёл он в него не с одной невестой, а со всеми, кого удалось спасти. У Игоря есть магия, много золота, уши, в два раза длиннее обычных, и эльфы, о которых нужно заботиться, и при этом не попасться ищущим его агентам ФСБ и десятка других секретных служб. Мир эльфов не отпускает беглецов, внося в их жизнь волнующее разнообразие смертельных опасностей и приключений.

Елена Андреевна Одинокова , Юлия Шолох , Александр Сергеевич Пушкин , Геннадий Владимирович Ищенко , Надежда Тэффи

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Проза / Классическая проза / Попаданцы