Читаем Индеец с тротуара полностью

Вот бы поймать ее, подумал Чарли, если бы только я мог поймать ее! Она такая красивая. А потом еще одну, чтобы их стало две. И когда придет Бетти, я бы поджарил их на углях, а потом мы бы уселись у костра, и она бы, узнав, на что способен Индеец с тротуара, поняла, что в его жилах течет кровь индейских вождей.

Мысль поймать тетерева показалась ему сначала забавной, потом он подумал об этом всерьез. Он опустился на колени и стал осторожно продвигаться вперед по острым камням. До птицы оставалось всего каких-то пятнадцать шагов, потом десять. Она снова пригнулась, готовясь к полету. Со стремительностью жалящей змеи Чарли вытянул руку, чтобы схватить ее, но тетерев с громким хлопаньем крыльев, за что его прозвали «птица- гром», взмыл вверх и исчез среди деревьев.

В отчаянье Чарли отпрянул назад. Он понял, что никогда, сколько бы ни старался, не сможет поймать тетерева. Но еще не все потеряно. Остается рыбная ловля. На ужин у них будет форель. Подумаешь, форель! Удивил! Это же она, Бетти, научила его ловить форель. Вот поймать бы тетерева — хоть одного! Они могли бы съесть каждый по половинке и посидеть у костра, как два человека, делящие между собой трапезу.

Что бы такое придумать? Силок! Когда-то он видел, как ребята в парке ловили голубей. Но что же ест тетерев? Польстится ли он на приманку из хлеба? Надо попробовать. Чарли достал леску, отмотал метров семь и сделал на одном конце петлю, а другой конец лески оставил на песчаном пятачке возле камней. Он вернулся в пещеру, вынес оттуда кусок хлеба, размял его и раскидал крошки вокруг петли. Потом возвратился на песчаный пятачок, оперся о камни и стал выжидать.

Птицы не появлялись. Если они и догадывались о приманке, то вряд ли их прельщал хлеб. Тетерева питаются лесной зеленью. Но вот появилась сойка. Она повернула головку, взмахнула хвостом, схватила кусочек хлеба и, словно клочок серого дыма, исчезла среди зеленых сосен. Следом за ней прилетела вторая сойка. Она с подозрением взглянула на Чарли и ринулась за хлебом. Потом две пичужки, стрекоча, как старушонки в черных чепцах, осмотрели приманку, похоже, они приняли белые крошки хлеба за муравьиные яйца. Но, поняв, что это всего-навсего хлеб, тут же улетели. Сойкам, видно, хлеб пришелся по вкусу — минут за пятнадцать склевали всю приманку. Чарли подумал, не добавить ли новую порцию хлеба, но он не успел решить, делать ли это, — снова раздался шум крыльев, и на полянку опустился тетерев. В тот самый момент, когда тетерев сделал первый шаг, Чарли бесшумно приподнялся с земли и, не отрывая глаз от птицы, нащупал конец лески.

Тетерев снова стал расшагивать по поляне. Может, это был тот же самый петушок — хозяин этих мест. Чарли и не подозревал, что иногда тетерева бросают вызов койотам и даже человеку, когда те вторгаются в их владения.

Но сейчас его занимало другое — как сделать так, чтобы птица попала в силок? Раз десять тетерев подходил к самой петле, и всякий раз Чарли готов был рвануть леску. Вдруг какая-то сойка, приземлившаяся неподалеку, отвлекла тетерева. Он повернулся, воинственно направился к ней и тут же попал лапой в петлю силка. На мгновенье Чарли оцепенел: руки не повиновались ему, тело онемело от долгого ожидания. Наконец он собрался с духом и дернул за леску. Петля затянулась. Захлопали крылья. Тетерев с шумом рванулся в воздух, леска выскользнула из рук Чарли и птица, увлекая леску за собой, скрылась из виду.

Чарли с трудом поднялся на негнущихся ногах и заковылял к белой сосне, за которой скрылся тетерев. Он обошел сосну со всех сторон, высматривая леску на нижних сучьях, пытаясь разглядеть тетерева на верхних ветках. Потом начал упорно ходить вокруг дерева, все расширяя и расширяя круг. В конце концов он разыскал леску — она коснулась его шеи и защекотала ее. Разглядеть ее было трудно — леска была такой же зеленой, как сосновые иглы. Чарли ухватил конец лески и потянул к себе. Птица сопротивлялась. Она размахивала крыльями, цепляясь за сучья когтями и клювом. Но в конце концов ему удалось стянуть тетерева вниз. И тут, подражая мальчиш

кам, которые ловили в парке голубей, он свернул птице шею. Тетерев был мертв, на рубашке Чарли алела полоска крови — он испытал раскаяние. Красивая, полная жизни птица, недвижимая и бездыханная, лежала на его руке. Голова ее беспомощно повисла. Радость охотника сменилась жалостью. Но это был честный поединок. Охотник должен побеждать.

Чарли направился к пещере. На песчаном пятачке он ощипал птицу. Нежная кожа тетерева рвалась под руками, он содрал ее вместе с перьями. Потом достал нож и разрезал птичье брюшко. Только он выбросил внутренности, как на землю опустились две сойки, чтобы принять его дар.

Чарли промыл тушку в ручейке, срезал два прута, чтобы нанизать на них по половинке тетерева, и вернулся со своей добычей в пещеру. Он сложил хворост для костра, хотя не было еще и трех часов дня: чтобы разжечь костер, надо было дождаться темноты.