Тем временем загадочный, тёмный силуэт превратился во всеустрашающего Риннара, находящегося уже в паре метров от нас. Осознав, что очень долгое время не видела его, не разговаривала с ним, начала чувствовать, как сильно я по нему соскучилась. Что-то загорелось внутри, и стало так радостно, что снова вижу его. От этих чувств, сделалось неудобно и немного стыдно перед самой собой, учитывая события нашей последней встречи… ночи…

Глава 3.13

Вспыхнувшие воспоминания заставили лицо побагроветь, что, кажется, заметил кошатник, так как резко начал разговор:

— Риннар, рад видеть! — на лице Константина расцвела улыбка. — Всё задуманное свершилось?

— И я рад, — не так радостно, как Костя, поприветствовал нас Босс. — Это же я и у вас хотел спросить!?

— Всё отлично. Адалинда оказалась достаточно хорошей ученицей.

— Кто бы сомневался, — слегка улыбнувшись, всё же пробурчал Риннар. — На какой стадии?

— Распознавание по силе, — решила вмешаться в разговор я.

Удивлённо осмотрев меня с ног до головы, как будто первый раз видит, Риннар перевел оценивающий взгляд на Костю.

— Уже?

— А чего тут удивляться!? Медитация теперь нам вполне по силам, классификацию уже знаем. Чего тянуть? — вступился в мою защиту, кажется, за нас Константин.

— Не тянули на сколько? — насторожился самый грозный собеседник.

— Ну, уж нет, Риннар, — засмеялся мой друг. — Это право я оставляю за тобой. Здесь можешь не переживать. Информация ждёт своего рассказчика!

И чего он смеётся? Стало страшновато мне за друга и за реакцию оппонента.

— Согласен! — с искренней улыбкой и радостью вымолвил Риннар, пожав руку Кости.

Мой мозг опять начал кипеть. Да его не поймёшь!

— Ади, — уже ласково обратился ко мне Риннар. — У тебя остались какие-либо вопросы?

— Да… про Стихийников… у них как?

Риннар почему-то закатил глаза и выдохнул.

— Что? Не нравятся Стихийники?

— Риннару априори не может кто-то нравиться или не нравиться из видов, — быстро буркнул учитель.

— Это отчего же? — находя реакцию Риннара смешной, решила уточнить.

Костя на меня серьёзно посмотрел, и я поняла его намёк. По ходу наш Босс и здесь не из последних.

— Ади, научись выдержке. Не обладая некоторыми знаниями, здесь не во всех кругах можно позволять себе по этому поводу отшучиваться.

— Поняла, — в миг исправилась, решив не спорить и понимая его правоту.

— Так вот Стихийники. Источник их силы является полностью природным, чистым, а, следовательно, и в проявлении не имеет видимых признаков.

— Вообще никаких?

— Только если Стихийник заряжается при нулевом резерве своих сил. Тут знаешь, всё как у природы, резервы бывают ограничены.

— Ограничены? Значит, есть и те, что…

— Именно, Ади. Не торопись. Это касается всех, кроме магов воздуха. Они имеют постоянный контакт со своим источником. И им не требуется пополнение резерва.

— А остальные, получается, что пополняют резерв своих сил через… контакт со своим источником?

— Правильно, — похлопал меня по плечу Костя.

Молча наблюдавший за этой картиной Риннар, решил высказаться лишь одной фразой:

— А про Демонов, Кость, почему ты сказал, что придётся втянуться? Мне предстоит тесно с ними общаться?

Тут я заметила, как Риннар вновь закатил глаза и выдохнул. Интересно, что именно его цепляет? Но говорить об этом на этот раз не решилась.

— Кто знает, Адалинда, — усмехнулся Костя.

— Кто знает… — подхватил довольный Риннар.

— Ещё вопросы, Ади? — уже серьёзно спросил брюнет.

— Теперь масса! — мои глаза округлились от непонятной, для меня реакции этих двоих, начинающих уже подобными выходками действовать мне на нервы.

— Вот и отлично! — вновь вступил в беседу «наипрекраснейший» друг. — Обдумывай свою массу вопросов. Может, ещё какие возникнут, а может, и наоборот отпадут. А завтра утром я вновь буду отдан тебе на растерзание.

— Завтра? Завтра утром? — возмущению не было границ.

— Ади, — вновь голос, от, которого я начинала сходить с ума. — Ади, тебе, действительно, нужно отдохнуть.

Подойдя ко мне, руки брюнета нежно и аккуратно коснулись моих плеч.

— У тебя был очень насыщенный день, а завтра в любом случае тренировка по расписанию. Мы не можем медлить.

Его рука уже гладила мою щёку, успокаивая, как маленькую, раскапризничавшуюся девочку. И хоть вопросов было бесконечное множество, но с ним было невозможно спорить. Каждое его слово, каждое прикосновение ко мне оставляло след где-то глубоко внутри меня.

— Мы тебя проводим до твоих покоев. Можешь просить у слуг всё, что пожелаешь. Они полностью в твоём распоряжении, а у нас с Костей ещё есть кое-какие дела.

Он продолжал говорить, нежно приобнимая меня одной рукой. Я уже толком его не слушала. Итог мне и так был понятен: все вопросы завтра, и это непоколебимо. А они ещё долго будут обсуждать последние происшествия, но уже то, о чём можно говорить не при мне… опять не при мне. Чувствую, как меня начинает изматывать это нахождение в вечных недоговорках. И это чувство уже невозможно разделить от моей физической усталости от тренировок. Всё смешалось в кучу.