Читаем Имперский вор. Том 2 полностью

И я перестаю сдерживать тьму. Туман тёмного эфира для неё – лакомая добыча. Из ладоней вылетают тёмные нити, которые опутывают разбушевавшегося хранителя. В отличие от моей удавки, они нематериальны. Просто тьма стремится к тьме. Я чувствую, как тьма поглощает чужую силу. И так же чувствую, что она становится сильнее. Не я – а именно тьма. Да, пусть на какие-то крохи, но – сильнее. А этого нельзя допускать.

Но… ещё чуть-чуть.

Чёрный туман дёргается, уменьшаясь в размерах. Нити, словно клетка, не отпускают его.

– Отпус-с-сти, – просит он.

– Будешь слушаться?

– Ты – не он.

– Предлагаю поговорить. Выслушай меня. Если не понравятся мои слова – продолжим мериться силами.

– Хорош-ш-шо.

Киваю и отзываю тьму. Неохотно, но пока она слушается. Пока я сильнее. Не сильнее силы бога, конечно. Но моё тело – клетка тьмы. Так же, как только что она держала в путах несчастного хранителя. И пока это так, я её хозяин.

Туман съёживается так, что становится крохотным чёрным язычком.

– Чем подпитывается заклинание иллюзии на поместье? – задаю первый вопрос.

Молчит. Ах да… Добавляю:

– Я не собираюсь красть твои сокровища. Мне просто нужно знать: изменится ли иллюзия с твоим исчезновением?

– Нет, – неохотно отвечает он. – Её поддерживаю не я.

Фух. Уже хорошо. Если бы завтра сюда нагрянул Львов и увидел целёхонький особняк, боюсь, разговор у нас с ним вышел бы неприятный. И больше я сюда не попал бы.

– Ты – не он… – печально говорит хранитель.

Магическую сущность, завязанную на служение многим поколениям рода, не обмануть, это правда. Но полупуста бутылка или полуполна – зависит от оценки самого смотрящего, верно? А значит…

– Он – часть меня. А значит, я – это он. Иначе магия крови не сработала бы. Проверь сам, – протягиваю духу раненую ладонь.

Он подлетает и застывает у меня на ладони – крохотный клочок чёрного тумана.

Я чувствую его сомнение и потому добавляю:

– И пока он – часть меня, мы с тобой будем оберегать его вместе. Идёт?

– Пока он – часть тебя, – соглашается хранитель.

– Тогда можешь показать мне поместье? – спрашиваю и тут же понимаю, что моё время истекло. Если не выйду сейчас – в поместье опять сунут нос те не в меру любопытные охранцы.

– Здесь есть чёрный ход? Такой, чтобы за территорию поместья? – спрашиваю хранителя, скрещивая на удачу пальцы.

– Есть катакомбы. Показать?

– Не надо.

Вот уж охранники удивятся, если я отсюда странным образом испарюсь.

– Будь добр, открой двери катакомб с этой стороны, а мне просто расскажи, как зайти снаружи. Сейчас мне надо выйти как обычно. Но я ещё вернусь.

– Иллюзия крови… На дубе. Найди его – и пройдёшь.

– Где находится этот чёртов дуб?! – Времени нет, а ответы из хранителя приходится тянуть чуть ли не клещами. Это подбешивает.

– Я… не знать. – Дух внезапно уходит в отказ, по пути теряя владение русским языком.

А-а-а! Точно. Забыл. Хранитель привязан к месту. Пока есть поместье – он отсюда не выйдет. Действительно, откуда ему знать, где растёт дуб, которого он никогда в жизни не видел.

Нет, снять привязку с хранителя можно. Но тогда её надо перенести на что-то иное. Другой дом… место… хозяин… Вне их хранитель не существует.

Значит, надо искать дуб.

– До встречи. – Разворачиваюсь к выходу, но вспоминаю кое-что крайне важное: – Кстати… Можешь сказать, где находится источник эфира Каменских?

– Не знать… – отвечает дух. – Угасать без силы. Плохо думать, плохо защищать. Не справиться с захватчиком… – Он смотрит на меня, и глаза опять начинают наливаться алым.

– Стоп-стоп-стоп! – поднимаю руки. – У нас перемирие, забыл? Я – это он. А он – это я, – добавляю для верности.

А ещё катакомбы показывать хотел, да? Не замуровать ли меня там собирался? С этим хранителем клювом щёлкать нельзя. Придётся заставить его служить мне.

Выпускаю коготь и, морщась, в очередной раз обновляю рану на ладони. Клизма Шанкры! Ещё пара таких разговоров или иллюзий на крови – и придётся переквалифицироваться в вампира. Буду бегать по улицам и кусать прохожих в шею, чтобы восполнить недостаток крови.

– Давай заключим пакт о ненападении? Ты не причинишь мне вреда. Ни прямо, ни косвенно, – добавляю, вспомнив свои мысли по поводу замуровывания в катакомбах. Прикрыть дверь и позволить мне самостоятельно мумифицироваться – вроде как и не вред, да? Ну не услышал хранитель моих криков. Бывает.

– Договор, – подтверждает он, подлетая на ладонь и впитывая капли моей крови. – Я не причиню тебе вреда. Ни прямо, ни косвенно.

Впрочем, иного пути у него и нет. Кровь члена рода для хранителя священна.

– Ни телу, ни душе, – добавляю на всякий случай.

– Ни телу, ни душе, – неохотно повторяет дух.

Хитрец-хитрец! А говорил – думалка у него сломалась от недостатка тёмного эфира. Врал.

Окидываю взглядом холл поместья. Я с удовольствием провёл бы ту пару-тройку дней. Но что делать…

Киваю язычку тёмного эфира и выхожу во двор. И вовремя:

– Господин князь, – появляется в воротах морда коротко стриженного мужика с крепкой шеей. – Будьте добры покинуть поместье. Ваше время кончилось.