Читаем Империя полностью

Вообще, эльфы в лошадей стрелять не любят. Но вовсе не из-за религиозно-этических соображений, как многие ошибочно полагают. Просто стрела в коня означает, что лучник не сумел попасть в зазор в доспехах всадника. То есть почти признание собственного бессилия. Только, глядя на рыцаря сверху, не очень-то такую брешь и обнаружишь, а лошадиные ноги вполне себе мелькают и оттого доступны. Не любому стрелку, естественно, но эльфийскому вполне достаточно и этого.

Потери среди рыцарей все равно получились куда ниже. Боевые кони, даже получая стрелу в ногу, не всегда падали или сбрасывали своих всадников. Многие несли дальше. Потом от такого коня в бою толку будет уже мало, но здесь и сейчас он спасал жизнь наезднику. Упавшие же рыцари оказывались куда более удобными мишенями, и эльфийские стрелы легко находили щели в стыках доспехов и забралах шлемов.

В общем, первое столкновение в этой войне по очкам осталось за нами.

– Скорей всего, это была лишь разведка боем, – высказал свое мнение я. – Даже магия толком не применялась.

– Такая разведка имеет смысл, только если есть достаточная уверенность, что из рейда хоть кто-то вернется, чтобы доложить о результатах, – сразу ответил князь Ва’Харр.

– Или есть амулеты связи, – вставил один из светлых эльфов, являющийся сильным магом.

– В принципе, если они надеялись на внезапность, то вполне могут рассчитывать на прорыв в долину, – поделился своим мнением гном.

– Или на возврат с перевала под прикрытием штурма пехотой башен, – добавил второй.

– Или ничего из этого, – сказал я.

Поймав несколько вопросительных взглядов, продолжил:

– Ведь результат со стороны и так прекрасно виден. То есть получилось прорваться или нет, и если да, насколько просто. Теперь тот, кто командует армией вторжения, сможет сделать соответствующие выводы и планировать дальнейший штурм.

Мы обсуждали случившееся, а по дороге тем временем приближалась эта самая армия.

В том, что с прорвавшимися орками и рыцарями справятся заставы диких эльфов, я не сомневался. Мои жены, все еще недолюбливающие рыжих, тоже не оспаривали этого утверждения. Однако и пускать все на самотек не хотелось. Но лично придумать хорошего решения я так и не успел. По той простой причине, что оно само ко мне пришло.

Гилия явилась с идеей, что на проскочивших рыцарей может поохотиться ее орден. Девушка была реалисткой и прекрасно понимала: настоящего таранного удара в центр вражеской армии у нее все равно не получится. А тут несомненная возможность продемонстрировать способности своих подопечных.

– Хорошо, выполняй, – разрешил я.

– Ты уверен? – спросила Лара, как только Гилия ушла.

Не понял, то ли она не одобрила моего решения, то ли осталась недовольна, что с ней не посоветовался? Все-таки военный министр и главнокомандующий она, а не я. Сам же и назначил. Вот только ушастую не понять, то она всячески поощряет, чтоб я сам командовал, то наоборот.

– Уверен. Во-первых, противника, каким бы незначительным он ни был, в тылу лучше не оставлять. Ты согласна?

Лара кивнула в ответ. С подобным утверждением особо не поспоришь.

– Во-вторых, ордену Прекрасного Далека прорвавшиеся вполне по силам, тем более что сама знаешь: все имевшиеся в долине рыцари временно причислены к нему.

– Знаю, – ответила Ларинэ. – И помню, как многие были недовольны.

– Но с тем, что на данный момент в отряде и настоящих рыцарей хватает, согласна?

– Да, – была вынуждена признать жена. – А если они проиграют?

– Не так страшно, – ответил я. – Основные силы противника об этом не узнают, и победа окажется в бою местного значения, не имеющем никакого решающего смысла. То есть нам она нужна и будет получена, Гилией или кем другим, а врагу не стычки на перевалах, а прорыв необходим.

Естественно, коней нашего сводного рыцарского отряда в башни, и тем более наверх, никто не тащил. С плоскогорья по небольшому ущелью можно было спуститься вниз, но только пешком и по одному. Заканчивалось ущелье небольшой долинкой, где и паслись все наши кони под охраной полулисов и части рыцарей. Оттуда по такому же узкому переходу можно было выбраться на дорогу основного перевала. Причем ущелье оказалось настолько неприметным, что десять раз пройдешь мимо и не заметишь. Его дикие эльфы обнаружили, да и то случайно.

Вот из того пункта Гилия со своим орденом и должна была нанести контрудар. Мы же остались наблюдать с высоты плоскогорья за готовящейся вражеской армией. Второй раз они с ходу нападать не собирались, что только подтверждало мое предположение о разведке боем. Хотя возникал другой вопрос: кто для такой цели бросит свои лучшие силы, а именно тяжелых рыцарей?

– Как думаешь, ночью не попытаются залезть к нам? – обратился я к Ларе.

– Эльфы, наверное, смогли бы, но их там нет. А больше некому, – ответила темная.

– Да? – усомнился я. – Почему-то уверен, что та же Анжа сумела бы ничуть не хуже. Да и вампиры тоже.

Сравнение жене явно не понравилось, но оспаривать его она не стала.