Читаем Империя полностью

Они обменялись рукопожатиями и обнялись, быстро справились о здоровье друг друга, о делах, о погоде – словом, обо всем том, о чем люди обычно разговаривают, когда встречаются после долгой разлуки. Здоровяк, пришедший с Марком, стоял у входа и по-юношески улыбался, но на него не обращали внимания. Луций крикнул, и занавес палатки откинулся, явив заспанное лицо раба, на котором явно читалось: «Ну что еще-то?», но из уст прозвучало совершенно другое:

– Да, господин. Чего изволите?

– Вина и еды! Да давай поживее, и самое лучшее неси! – бросил ему хозяин. Тут взгляд его, наконец, упал на офицера, одетого в доспехи его легиона. – Кто это, Марк?

– Разве не признал?

Луций почесал подбородок и осмотрел парня, словно раба на невольничьем рынке. Его друзья тоже были озадачены и, переглядываясь, жали плечами. Не спеша, генерал подошел к юноше, который был выше его на голову и по росту соперничал с Ратибором, правда, уступая русичу в ширине плеч и мощи торса. Впрочем, солдат тоже был не маленький, но при этом стоял тихо, неловко улыбался и выглядел смущенным. Если бы он пришел сюда один, без Марка, Луций давно бы дал ему понять, как нужно вести себя в присутствии командира.

– Что, не узнаешь, что ли?

Глаза незнакомца казались Луцию до боли знакомыми, да и черты лица тоже. Вроде бы где-то видел, но где? Внезапно здоровяк, уже совсем растерявшись, заговорил:

– Брат, ты что, не узнаешь меня?

– Ма-а-аркус? – протянул Луций, и у него перехватило дух так, что в горле встал ком. – Маркус, это ты?!

Не веря своим глазам, он повернулся к Марку. Тот в улыбке развел руками. Понтий и Мартин стояли, открыв рты. Последний раз они видели брата Луция совсем еще мальчишкой, в ту злополучную ночь. Теперь перед ними стоял настоящий воин, который был выше их всех почти на голову, да и силой, по всей видимости, обладал немалой.

– Я… – что-то хотел произнести Маркус, но Луций резко прижал его к себе.

– Брат! Брат мой! Маркус! – он отстранил его, чтобы осмотреть с ног до головы еще раз. Глаза генерала на мгновение непривычно увлажнились, но он резко вытер предательски выступившие слезы и быстро совладал с чувствами.

Стол ломился от угощений: при свете играющих огоньков свечей и жаровен в палатке шел пир. Маркус рассказывал о том, как воспитывался на острове Крите, куда его отправил Марк вместе с Велиалом. Он говорил о том, что много слышал о подвигах Луция и его друзей, взахлеб восхищался тем, как его брат победил германцев и пленил жену предателя Арминия. Затем все вспомнили детство, вспомнили то, что пережили, и подняли чаши за тех, кого с ними давно уже не было: за родителей и за сестер Мартина. Луций рассказывал о себе, Маркус – о себе. Оба гневно били по столу кулаками, когда речь вновь и вновь заходила о том, как с ними поступили. От избытка выпитого вина Луций громко проклинал императора, кричал, что он сам скоро станет Цезарем, но Марк вовремя одергивал его и переводил его слова в шутку, над которой все весело смеялись. Вспомнили и Сципиона, Луций ободрился и похлопал брата по плечу.

– Фехтовать-то тебя он учил, я надеюсь?

Рослый, но совсем еще юный Маркус утвердительно кивнул головой.

– Прекрасно! – заплетающимся языком пробормотал генерал и кивком головы указал в сторону выхода. – Ну-ка пойдем! – сказал он и громко икнул.

Все оживились, встали из-за стола и вышли на улицу. Снаружи было достаточно свежо, даже прохладно. Луций окликнул часового, тот поспешно подбежал к нему и получил распоряжение: с десяток солдат должны образовать круг, держа в руках факелы. Луций оповестил чуть ли не каждого из них о том, что вот этот здоровяк – его младший брат, и что те могут схлопотать по зубам, если будут иметь что-то против него. Солдаты стояли, как вкопанные, и с удивлением наблюдали еле державшегося на ногах командира. Кто-то принес два тренировочных меча, и Луций проделал ими несколько невероятных пируэтов в воздухе. Пьяный или нет, а генерал управлялся с мечами так ловко, что казалось, они жили своей отдельной жизнью. Он подошел к одному из солдат и дал ему меч.

– Ты! Ну-ка побей моего брата! – солдат без лишних вопросов взял оружие и вышел на середину круга. Второй меч полетел в сторону Маркуса, тот ловко поймал его.

– Ух ты, зрелище! – радостно прокричал Понтий, хлопнул Мартина по плечу и опрокинул в себя чашу с вином.

Марк усмехнулся и кивнул Маркусу, давая ему понять, что тот может действовать – его явно забавляло происходящее.

– Погнали! – дал отмашку Луций, и солдат бросился на рослого юношу.

И практически тут же гладий вылетел из руки легионера. Луций и моргнуть не успел, как его брат занес руку для последнего, добивающего удара. Острие меча остановилось в миллиметре от глаза гвардейца. Тот замер, большая капля пота стекла по его лбу и упала на землю. Солдат удивился, как и все вокруг, но стоял неподвижно, без единого намека на страх: гвардеец Черного легиона – по-другому и быть не могло.