Читаем Император Траян полностью

Переписка Плиния и Траяна даёт совершенно новую картину. Отношение вифинского легата к христианам самое суровое: упорствующих он отправлял на казнь. При этом Плиний признаёт, что никогда не присутствовал на следствиях по делам о христианах и потому не знает, о чём их принято допрашивать и в какой мере наказывать. Значит, следствия о христианах в Империи уже были, если Плиний знал о них, хотя подробностями не интересовался. Проведя собственное расследование, он не обнаружил в почитании Христа ничего преступного, кроме «безмерного уродливого суеверия».[433] С римской, языческой точки зрения, разумеется. И этого вполне достаточно для смертных приговоров. Тем не менее, Плиний не до конца уверен в необходимости дальнейших столь же суровых действий, поскольку убедился, что сами собрания христиан достаточно безобидны. Более того, они подчинились указу легата, запрещающему тайные общества, согласно распоряжению императора. Но само распространение христианства среди значительного количества людей вызывает у него опасения, хотя в последнее время традиционные языческие верования новую религию и потеснили.

Ответ Траяна краток, чёток и ясен:

«Траян Плинию.

Ты поступил вполне правильно, мой Секунд, произведя следствие о тех, на кого тебе донесли как на христиан. Установить здесь какое-нибудь общее определённое правило невозможно. Выискивать их незачем: если на них поступит донос и они будут изобличены, их следует наказать, но тех, кто отречётся, что они христиане, и докажет это на деле, т. е. помолится нашим богам, следует за раскаяние помиловать, хотя бы в прошлом они и были под подозрением. Безымянный донос о любом преступлении не должно принимать во внимание. Это было бы дурным примером и не соответствует духу нашего времени».[434]

Траян верен себе: анонимные доносы ему отвратительны. Но в явном изобличении христиан он беды не видит. Он не только поощряет Плиния на дальнейшие следствия, но и впервые в истории от имени высшей римской власти, им олицетворяемой, саму принадлежность к христианству объявляет преступной и наказанию непременно подлежащей. Поскольку он оставляет без комментариев сообщение Плиния об отправке на казнь упорствующих христиан, степень наказания «доказанного христианина» очевидна.

Конечно, ответ Траяна – это ещё не закон против христиан. Первый эдикт, направленный против них, издаст лишь император Валериан (253–260 гг.).[435] В то же время, трудно не согласиться с мнением, высказанным ещё во второй половине XIX в. французским исследователем раннего христианства Бенжаменом Обэ, что Траян таким образом ставил христиан под вечное подозрение, под постоянно угрожающее преследование.[436] Русский исследователь римских гонений на христиан А. П. Лебедев, приравнивавший ответ Траяна Плинию к закону, писал: «Закон даёт прямой ответ на вопрос: есть ли христианство преступление? И ответ даётся утвердительный».[437]

Христианские авторы эпохи Империи расценивали ответ Траяна именно как указ (эдикт). Так Евсевий писал: «Траян издал указ: «Христиан не разыскивать; попавшегося – наказывать».[438] Орозий, называя Траяна третьим, кто склонился к преследованию христиан, утверждает, что, узнав об отсутствии в действиях христиан чего – либо противного римским законам, он «тотчас более короткими рескриптами смягчил свой эдикт».[439]

Возникает естественный вопрос: если было гонение, то кто его жертвы и были ли они? Ответ на это даёт Евсевий: «После Нерона и Домициана, при императоре, чьё время мы теперь описываем (Траяна – И.К.), частичные гонения на нас поднимала восставшая чернь. В таком гонении, как передают, мученической кончиной завершил жизнь Симеон, сын Клеопов».[440] Далее Евсевий цитирует писателя Игисиппа, у коего он и ранее черпал разные сведения: «Некоторые из этих еретиков донесли на Симеона, сына Клеопова, что он потомок Давида и христианин. Так он и пострадал, ста двадцати лет от роду, при императоре Траяне и консуле Аттике».[441]

Симеон был вторым епископом Иерусалимской церкви. Конечно, христианский епископ мог пострадать от рук злобной черни, враждебной христианам, мог быть и убит. Но указанный возраст Симеона на момент гибели неизбежно вызывает сомнения. Очень сложно представить себе старца ста двадцати лет, действующего епископа. Важно и другое. Аттик был проконсулом в Иудее в 103–107 гг.[442] Так что гибель Симеона не могла быть следствием ответа Траяна Плинию (в период между 109–111 гг.), ставшего официальным началом гонения.

Погиб в годы правления Траяна и Игнатий, второй после апостола Петра епископ Антиохийский. «Рассказывают, что он был отправлен из Сирии в Рим и отдан на съедение зверям за исповедание Христа».[443] Это трагическое событие может быть связано с долгими (123 дня) празднествами в Риме в честь завоевании Дакии, когда римляне наслаждались кровавыми зрелищами, устроенными для них по повелению Траяна.[444]