Читаем Император Африки полностью

Зато получил очередную минуту славы от европейских корреспондентов, наверное, сказалось благоприятное отношение к чернокожему вождю со стороны Австро-Венгрии и её союзницы Германии. Луиш не пал духом, а продолжал путешествовать по Европе со всей семьёй, навязываясь европейским дворам в качестве свата, неумолимо продолжая поиски невесты для своего царя. Везде его принимали по-разному.

Где-то лишь вежливо выслушивали, играя на публику, где — то допускали до аудиенции, а где — то даже соизволили дать возможность оценить милое лицо невесты, но на этом и всё. Ему сочувствовали, его фото мелькало на первых полосах всех столичных газет, включая и Россию.

Он даже стал знаменитостью, а его смуглый профиль авантюриста привлекал к нему множество женщин, любительниц экзотики и приключений. Это даже вызвало ревность Марии, на недовольство которой Луиш старался не обращать внимание. Ему сейчас было не до женщин.

Раздав половину портретов Иоанна Тёмного, он понял, что все его усилия пропадают даром, и Мамба был прав. Вся эта родовая аристократия не хотела видеть рядом с собой никого чужеродного. Они были готовы умереть в своей гордости и нищете, но не породниться с…, по их мнению, дикарём. В очередной раз пословица «С милым рай и в шалаше» и всеобщее равенство оказались профанацией.

Блуждания Луиша по Европе привели только к одному, об Иоанне Тёмном снова заговорила пресса, а его облик стал именем нарицательным, при обсуждении международной обстановки.

Например: — А вот в Африке!

- А… там, где живёт чернокожий царь Иоанн, который Тёмный? Ха-ха-ха.

- Да, да, да, вы правы…, именно там.

В Германии Луиш посетил все, мало-мальски значимые герцогства, пока не привлёк к себе внимание самого кайзера, с улыбкой выслушивающего терзания несостоявшегося свадебного генерала, красочно описываемые прессой. Наконец, ему это надоело и решив пресечь бесконечный вояж Луиша по Германии, он отправил к нему своего представителя, полковника Курта фон Воннегута.

Полковник фон Воннегут нашёл Луиша в номере отеля, где он остановился, и не заморачиваясь на торжественную обстановку и прочие атрибуты, вручил прусскую медаль за воинские заслуги 2 степени, в серебре, от имени кайзера.

Эта медаль вручалась союзникам, воевавшим на стороне Германии, в том числе и туземцам. Раньше её получали албанцы, турки и русские. Вручив медаль и именной маузер ручной работы, с рукояткой, украшенной серебром, полковник откланялся и ушёл. Уходя, он посоветовал Луишу прекратить терзать немецкие княжеские семейства разговорами о сватовстве и покинуть пределы Германии.

Первой мыслью Луиша было застрелиться из этого маузера, но поразмыслив, он отмел этот вариант. У него была жена и дети, у Мамбы не было жены, но были дети, и государство, с многочисленными подданными, которые от него зависели. Луиш не мог подвести своего друга и не имел права застрелиться от стыда.

И это было не самое большое оскорбление, которое он вытерпел, оббивая пороги светских домов. Несмотря на провал, Луиш решил не сдаваться и посетил Италию, Испанию, и даже Румынию. Везде было одно и то же.

В Румынии он чуть не пристрелил тамошнего царедворца, решившего, что можно безнаказанно подшутить и крикнувшего во всеуслышание: «Приехал слуга раба, до нашего дворца». Не сдержавшись, Луиш одним движением выхватил маузер, а другим разбил голову тупому румыну. Конфликт замяли, извинившись, и быстро выпроводили представителя черного царя из страны, не став уголовно преследовать.

Так ничего не добившись ни в одной стране, где он считал, что живут цивилизованные люди, Луиш отправился в Россию, надеясь хоть там найти понимание и невесту своему царю. Россия встретила его гостеприимно. Приехав сначала в Одессу, Луиш был поражён разнообразным и колоритным населением города и особой атмосферой России, в которой никогда до этого не был.

В конце концов, он добрался с семьёй до Баронска, где временно остановился у Феликса и стал искать родовитую невесту. Но опять ни у кого не нашёл понимания, пока о его приезде не узнала жена императора Николая II. За Луишем был отправлен придворный, сопроводивший его одного, с парой слуг, в Санкт-Петербург, где он был неофициально принят императрицей Александрой Фёдоровной, в одном из второстепенных помещений большого Гатчинского дворца.

Луиш, разочарованный пренебрежением европейских государей, не ожидал такой чести от императрицы и захватив портрет Мамбы и несколько небольших драгоценностей, незамедлительно направился на приём в сопровождении негров-слуг из числа своей свиты.

Императрица приняла его в небольшом зале, сидя в глубоком кресле. Луиш, в гражданском костюме, наглаженном и вычищенном до последней пылинки, вошёл и поприветствовал императрицу, низко склонив голову. Подойти и поцеловать её руку он так и не решился, боясь нарушить этикет.

- Так вот каков посол Иоанна Тёмного, — весело произнесла императрица.

- Да, я посол Иоанна Тёмного, — не стал отрицать Луиш.

- Много наслышана о вашем господине. А как вас зовут?

- Луиш Амош, я португалец.