Читаем Иллюзия греха полностью

Сон так и не вернулся, и Мирон до рассвета проворочался в постели, безуспешно пытаясь придумать, как выбраться из этой тупиковой ситуации. Как выйти на связь с теми, кто ищет Наташу. Ведь не может быть, чтобы ее не искали. И телеграмма эта дурацкая... Зачем она нужна? Может быть, Наташина старшая сестра полная идиотка и поверит в этот бред про страстную любовь, но в милиции-то таких идиотов нет. Пусть сестра перестанет тревожиться о Наташе, но милиция все равно будет ее искать. Или не будет? На что рассчитывал Василий, заставляя девочку писать телеграмму? Допустим, Ира ее получит, отнесет в милицию, милиция запросит Мурманск, и в течение двух часов выяснится, что на улице Полярной в доме двадцать, корпус три, квартира девять Наташи Терехиной нет и никогда не было. Что будет дальше? Мирон напряг память, вспоминая прочитанные когда-то детективы. Что милиция в таких случаях делает? Ах да, они смотрят на телеграмме номер почтового отделения, откуда она отправлена, и изымают там заполненный отправителем от руки бланк. Почерк сличают. Они возьмут бланк и убедятся в том, что текст написан рукой самой Наташи. Еще, кажется, отпечатки пальцев смотрят. На бланке есть отпечатки Наташиных пальчиков, и этот факт дополнительно подтвердит, что телеграмму действительно писала она сама. На все это уйдет какое-то время... Потом они начнут ломать голову над тем, что все это означает. Раз Наташа написала телеграмму, значит, она жива. Раз успокаивает сестру, значит, не хочет, чтобы ее искали. Раз указала неправильный адрес, значит, не хочет, чтобы ее нашли. Может, и правда, после этого успокоятся и перестанут искать девушку. Ведь выкупа никто за нее не требует, ничем не угрожают. Сама уехала с возлюбленным.

Если бы можно было связаться с сестрой Наташи... В этот момент Мирону пришла в голову крайне неприятная мысль о том, что старшая сестра Наташи может оказаться в сговоре с бандой Василия. И телеграмма эта нужна только для того, чтобы Ира могла прикрываться ею и всем объяснять, почему она не беспокоится и не теребит милицию. А заодно и отвести подозрения в том, что она была в курсе готовящегося похищения. Очень похоже на правду. Но тогда выходит, что искать контакт с ней бессмысленно, делу это не поможет, а вот Василий узнает о «неправильном» поведении Мирона немедленно. И тогда конец. Надо бы как-то это прояснить. Хотя бы понять, что за человек Наташина старшая сестра.

Утро началось с неожиданностей. Охранник, принесший Мирону завтрак, сказал, что до обеда занятий с Наташей не будет. Не успел Мирон допить кофе, как заявился Василий.

— Сегодня можешь отдыхать целый день, — сказал он.

— Почему? Разве больше не нужно заниматься?

— Нужно, но не сегодня. Врач приехал, он должен провести первоначальное обследование.

— Ладно, — Мирон пожал плечами как можно равнодушнее. — И что мне целый день делать? Может, я до поселка прогуляюсь?

Василий слегка вздернул брови, как бы недоумевая.

— До какого поселка? Здесь лес кругом.

— Да ладно вам, Василий Игнатьевич, — примирительно улыбнулся Мирон, — я же помню дорогу, которой меня везли. Тут есть поселок, километрах в пятнадцати. И машина у вас есть. Почему бы мне не съездить? Жалко вам, что ли?

— Забудь об этом, — сухо ответил Василий. — За территорию ты не выйдешь, пока все не будет закончено. Что тебе делать в поселке?

— Купить кое-что надо.

— Например?

— Пену для бритья, продукты кое-какие, книги. Я тут у вас с тоски помру, я же ни с кем, кроме девочки, не общаюсь, а с ней вы и разговаривать по-человечески не разрешаете, только про науку.

— А что с продуктами тебя не устраивает? — озабоченно спросил Василий. — Тебе мало? Голодаешь?

— Да нет, не мало, но я привык к другой еде. Борщи, галушки, блины, вареники — моя мама их замечательно готовит. А тут у вас кормят непонятно чем.

— Не выдумывай, — строго ответил Василий. — Ешь, что дают. Еда качественная и калорийная. Если тебе нужны книги — напиши список, я пошлю кого-нибудь, чтобы купили. Хотя должен тебя сразу предупредить, в здешних магазинах выбор крайне скудный, вряд ли там есть то, что тебе нужно.

Мирон решил отступить. Он уже успел заметить, что Василию не нравится, когда он проявляет упорство или настаивает на чем-нибудь. Он должен быть покорным и послушным, как и полагается хорошему сыну, воспитанному в мусульманской семье. Что ж, он поищет себе занятие на сегодняшний день.

Первым делом он решил побродить по зданию, посмотреть, где что расположено, но этот порыв был пресечен на корню в самом начале. Стоило ему ступить в коридор третьего этажа, где находилась комната Наташи, как дорогу ему преградил охранник. Мирон так до сих пор и не научился различать их, все охранники казались ему на одно лицо, будто близнецы.

— Сегодня занятий не будет.

— Я знаю, — спокойно ответил Мирон. — Я не собираюсь заходить в комнату к девочке.

— В таком случае, куда ты идешь?

— Ну... Так просто. Хожу, осматриваюсь.

— Не надо.

— Почему?

— Не положено, — лаконично ответил охранник, и по его лицу Мирон понял, что дальнейших разъяснений не последует.