Читаем Ильхам Алиев полностью

Выпускники школы № 6 разъехались по всей большой стране. Один из них, Сапан Ходжаев, сейчас живет в городе Волжском, в местной газете «Неделя города» (29 июня 2006 г.) поделился воспоминаниями о родной школе.

«Вместе со мной, — рассказывает Сапан, — учились восемь русских ребят, семь азербайджанцев, четыре еврея, две. армянки, полька и украинец. Ну и я еще. Мы совсем не чувствовали, что томимся в тюрьме народов, не думали о нехорошей национальной обезличке, не возмущались, что на всех одна и та же история и литература. И знай я тогда, какое национально пробудившееся общество ждет меня в будущем, я бы не пытался удрать из школы через окно (с выпускного вечера). Наоборот, категорически потребовал бы намертво задраить все щели и остановить время, чтобы однокашники и учителя остались со мной навсегда. Потому что мы все были одной крови…»

Из его выпуска (97 человек) 90 поступили в вузы с первой попытки — и ни одной медали.

«Ильхам Алиев, когда мы выпускались, учился в третьем классе, я его вообще не знал, но могу поручиться: ни одного гапаза (подзатыльника) даже мимоходом ему не отвесил. Потому что вообще не обижал малышей».

Ильхам учился прилежно и увлеченно. Ему были интересны и теорема Пифагора, и то, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем, и опыты с жидким гелием, когда охлажденный до сверхнизких температур резиновый мячик раскалывался, как стеклянный…

Отец руководил республикой. Мама занималась наукой.

Дочь и сын постигали азы. Позднее он скажет, что в годы учебы в школе и в институте стремился вести себя так, чтобы ничем не бросить тень на доброе имя и репутацию своих родителей.

В середине семидесятых, в седьмом классе, он, уже «двуязычный» ученик, увлекся английским.

Школьная «англичанка», имевшая обыкновение давать своим подопечным образные имена, обращалась к высокорослому отличнику как к «Джефри Джексону» или «Дженерал менеджер», то есть «генеральному директору»… Язык — окно в мир, ключ к душе народа. Общеизвестные истины. Ему открылся волшебный мир азербайджанского и русского слова, мир Физули и Самеда Вургуна, Пушкина и Толстого… И теперь он сможет читать в оригинале Шекспира и Байрона, Хемингуэя и Фолкнера… Не сразу, конечно, не в одночасье. Надо пробиться через грамматические дебри, уловить грацию и капризы чужого языка. Кем-то из маэстро сказано: композитор должен слышать глазами и видеть ушами. В случае с английским языком эта мысль, наверное, кстати. Орфоэпия и орфография английского языка для непосвященного — небо и земля…

Говорят, достаточно знать пять наиболее распространенных языков, чтобы кругосветно и повсеместно общаться, устанавливать контакты с людьми. Есть языки, которые используются в ранге государственного в 15–20 странах. По преданию, древне персидский царь Митридат слыл полиглотом, умевшим общаться со всеми иноземными посетителями на их родном языке.

Имаму Али принадлежит изречение: «Язык — изъявитель разумения». Широко известна библейская легенда о Вавилонской башне, когда прогневавшийся на своих чад Господь наделил их разными языками и они не смогли столковаться между собой… Как важно найти общий язык между людьми, странами. И в прямом, и переносном смысле.

У мудреца из Гянджи Низами есть мысли о том, что чем больше языков знает человек, тем больше он оправдывает свое звание. Грибоедов говорил, что знание иностранных языков помогает лучше понять свой родной язык… Сам Александр Сергеевич знал фарси, английский; на переговорах с персидским принцем Аббас-Мирзой (русскому посланнику помогал Аббаскули-ага Бакиханов) добился возвращения 150 русских воинов на Родину. Принц возражал: «Эти люди — всего лишь капли в море».

— «Но если эти капли хотят вернуться в море!» — отвечал Грибоедов. И настоял на своем.

Стоит ли говорить, сколь важно знание языков в межгосударственных, международных отношениях в современном мире?! Старшеклассник Ильхам Алиев подумывал о поприще, которое изберет. Он был на хорошем счету, радовал учителей; одноклассники тянулись к нему, общительному, высокому, улыбчивому брюнету, чуждому всякой рисовки, как это бывает с детьми из элиты, которых подвозят к школе и увозят домой персональные лимузины пап или мам… Мог и лихо выдать твист на вечеринке, не отставал от других на волейбольной площадке — при таком росте ему и карты, точнее мяч, в руки… О его бильярдных успехах мы уже знаем со слов Муслима Магомаева.

Снимок (в октябре 1973 года) запечатлел двенадцатилетнего Ильхама в солидной компании советских космонавтов и американских астронавтов — в Баку тогда проходила конференция, посвященная покорителям звездных дорог. Можно представить волнение подростка — это было счастливое, пусть короткое прикосновение к самой истории.

Перейти на страницу:

Все книги серии ЖЗЛ: Биография продолжается

Александр Мальцев
Александр Мальцев

Книга посвящена прославленному советскому хоккеисту, легенде отечественного хоккея Александру Мальцеву. В конце 60-х и 70-е годы прошлого века это имя гремело по всему миру, а знаменитые мальцевские финты вызывали восхищение у болельщиков не только нашей страны, но и Америки и Канады, Швеции и Чехословакии, то есть болельщиков тех сборных, которые были биты непобедимой «красной машиной», как называли сборную СССР во всем мире. Но это книга не только о хоккее. В непростой судьбе Александра Мальцева, как в капле воды, отразились многие черты нашей истории – тогдашней и сегодняшней. Что стало с легендарным хоккеистом после того, как он ушел из московского «Динамо»? Как сложилась его дальнейшая жизнь? Что переживает так называемый большой спорт, и в частности отечественный хоккей, сегодня, в эпоху больших денег и миллионных контрактов действующих игроков? Ответы на эти и многие другие вопросы читатель сможет найти в книге писателя и журналиста Максима Макарычева.

Максим Александрович Макарычев

Биографии и Мемуары / Документальное
Маргарет Тэтчер: От бакалейной лавки до палаты лордов
Маргарет Тэтчер: От бакалейной лавки до палаты лордов

Жан Луи Тьерио, французский историк и адвокат, повествует о жизни Маргарет Тэтчер как о судьбе необычайной женщины, повлиявшей на ход мировых событий. «Железная леди», «Черчилль в юбке», «мировой жандарм антикоммунизма», прицельный инициатор горбачевской перестройки в СССР, могильщица Восточного блока и Варшавского договора (как показывает автор и полагает сама Маргарет). Вместе с тем горячая патриотка Великобритании, истовая защитница ее самобытности, национально мыслящий политик, первая женщина премьер-министр, выбившаяся из низов и посвятившая жизнь воплощению идеи процветания своего отечества, и в этом качестве она не может не вызывать уважения. Эта книга написана с позиций западного человека, исторически настороженно относящегося к России, что позволяет шире взглянуть на недавние события и в нашей стране, и в мире, а для здорового честолюбца может стать учебником по восхождению к высшим ступеням власти и остерегающим каталогом соблазнов и ловушек, которые его подстерегают. Как пишет Тэтчер в мемуарах, теперь она живет «в ожидании… когда настанет пора предстать перед судом Господа», о чем должен помнить каждый человек власти: кому много дано, с того много и спросится.

Жан-Луи Тьерио , Жан Луи Тьерио

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт