В российско-азербайджанских отношениях были разные периоды. Был очень сложный период, когда взаимные обвинения дошли до предела, когда МИД России и другие ведомства получили указания о разработке визового режима с Азербайджаном. В Баку прилетела делегация МИДа России, чтобы определить порядок работы по выдаче виз.

И тут Гейдар Алиевич принял мудрое решение — он предложил срочно разобраться по всем сложным вопросам, которые накопились к тому времени в двусторонних отношениях, и предложил России серьезные переговоры.

Обострения начали накапливаться в связи с тем, что Россия поставила (или оставила) Армении крупные партии вооружения. Алиев послал в Москву большую делегацию, чтобы снять все вопросы, прежде всего по Чечне. И когда движение пошло в обе стороны, правительство России возглавил Путин. Выступая на встрече глав государств СНГ в Киеве, он обратился к Алиеву с очень теплыми словами. Сказал о том, как ценят Гейдара Алиевича в России, и это сыграло большую роль. Психологически был сломлен лед отчуждения, который существовал между Ельциным и Алиевым по известным причинам. И появилась возможность вывести отношения на новый этап. Поначалу очень робкая. Стали прорабатывать меры по ликвидации горящих проблем. Азербайджанское руководство приняло очень серьезные решения, чтобы пресечь проникновение чеченских боевиков через Дагестан. Россия в обмен на это отказалась от введения визового режима. И это был фактически наш ответ на шаги, предпринятые Алиевым. Затем стал прорабатываться вопрос о возможном визите Путина в Азербайджан. Для нас, сотрудников Министерства иностранных дел, это была задача номер один. Я приехал в посольство советником-посланником за четыре месяца до визита Путина. Прямо скажу: было много людей, которые старались не допустить этого визита…

— В Москве?

— Не только. Их много повсюду. До последней недели мы не были уверены в том, что визит состоится. Было много причин — и политических, и военных. Политические моменты иногда создавались из-за непонимания сторон. Гейдар Алиевич опубликовал программный документ «Азербайджан в XXI веке», своеобразное обращение к нации. В нем говорилось о стратегии Азербайджана, но только раз, если не ошибаюсь, упоминалась Россия, и то в негативном ключе. А на перспективу среди союзников своей страны он Россию не упомянул. Те, кому не нравилось улучшение российско-азербайджанских отношений, тут же постарались доказать Москве, что азербайджанская сторона лукавит, а на самом деле не собирается кардинально улучшать отношения с Россией.

Кроме того, чеченские сепаратисты пытались подготовить свои кровавые акции, вплоть до попытки покушения на Президента России. Но все службы работали эффективно и за четыре дня до приезда Путина угрозу ликвидировали. Удалось снять и политическое раздражение отдельных высокопоставленных российских чиновников, связанное с документом, о котором я говорил. Словом, к моменту визита обстановка, наконец, улеглась.

О самом визите писалось много. Замечу лишь, что Гейдар Алиевич вел себя подчеркнуто дружески. Не допускал ни панибратства, ни показного «отцовского» отношения. А Путин не скрывал своего отношения к Алиеву как человеку старшему, более опытному. Он подчеркивал большой опыт Гейдара Алиева. Конечно, учитывая традиции уважения к старшим, во многом сейчас растерянные, личная симпатия между двумя лидерами была очевидна. Это и сыграло большую роль в резком улучшении отношений. Я имею в виду расширение обмена политическими визитами, укрепление взаимодействия по спорным вопросам. Кто мог предвидеть, что уже через три-четыре месяца в Азербайджан, страну мусульманскую, приедет Святейший Патриарх и его визит пройдет с колоссальным успехом. Кто мог предвидеть, что один из самых больных вопросов, связанный с военным объектом — Габалинской радиолокационной станцией, будет решен? Были решены и многие другие вопросы. И главное — нацеленность на ссору, на размолвки с азербайджанской стороной удалось избежать.

Убежден, все это было уроками дипломатии для Ильхама.

Габала служит миру