Читаем Илиотропион, или Сообразование с Божественной Волей полностью

Мне кажется, что будет и красиво, и истинно изобразить человеческое в этом безрассудство следующим сравнением — ни в одном художестве, ни в какой науке не найдется ученика столь простого и тупоумного, который для себя и своего познания требовал бы так много совопросников, исправителей, и надзирателей, сколько дает их человеку предвечное Божие провидение и премудрость, которая оправдана чадами ее (Матф. 11:19).

Однако, говорит святой Григорий: "премудрым в их мудрости и коварстве запинает Господь, т. е. уловляет мудрых в лукавстве их (Сравн. 1 Корин. 3:19), и именно тогда запинает, когда, по распоряжению Господа, человеческие дела и при сопротивлении им достигают доброго конца.

Даже при Божьем попущении злого дела, количество зла ограничивается известными пределами Божьего провидения. Напротив, не так поставлены дела Господни, чтобы тварь (существо сотворенное), предоставленная своему самоволию, могла препобедить волю своего Творца, хотя и поступает против Его воли. Бог не желает чтобы грешили, ибо запретил грешить. Однако, если согрешишь, то не думай — человек сделал то, что он хотел, а Богу приключилось то, чего Он не хотел. Ибо насколько хочет Бог, чтобы человек не грешил, настолько же Он хочет простить согрешившего, чтобы он обратился от греха и пожил бы праведно. Что бы ты ни избрал — грех или правду — Всемогущий с той и с другой стороны может совершить над тобой свою праведную волю, а именно: или казнить непокорного — да не избежит самовольство согрешившего Его правды, или же спасти грешника, обратившаегося к Богу в искреннем покаянии.

Таким образом все заключено в пределы Божьего провидения, так что от Него решительно не может укрыться и самое сокровеннейшее и тончайшее помышление. Познать это Божье провидение есть высочайшая степень, приближающая нас к истинному упованию нашему на Бога! Ибо если провидение Божье до того заботливо, что постоянно питает птиц, в довольстве уделяя им пищу, безопасность, покровы и гнезда; если с такой же заботливостью одевает цветы, разделяя между ними, по свойству каждого цветка, приличное ему благоухание, красоту и окраску — как же может провидение Божье забыть своих сыновей, которым предоставило царственную власть над низшими творениями?

А когда Бог имеет величайшее и доброе попечение о своих чадах, и ничто без мановения и совета (решения) Провидения не бывает, то мы не имеем основательной причины устрашаться ни могущества человека, ни бесовских страшилищ, ни звериной ярости и ничего другого, чем бы ни угрожал мир сей, ужасным. Если Бог за нас, кто против нас? Ни волос с головы нашей не упадет без воли Божественной, да Бог и не попустит того, что нам противно, того, что бы нам не благопоспешествовало. Только мы сами в себе не должны ослабевать, и все причиненные нам обиды переносить мужественно, как должно. Преисполненный такого упования на Бога царь Давид возгласил: "С Тобою я поражаю войско, с Богом моим восхожу на стену" (Пс.17:30). Так велико было упование Давидово на помощь Божью к нему, что он, отягощенный своим вооружением, не сомневался ни мало перелезть через каменную стену.

Такую непреодолимую силу, по изречению святого Игнатия, подает упование на Бога, не обессиленное сомнением. А потому нам следует более всего стараться и трудиться о том, чтобы корень нашего упования на Бога наиглубже пустил ствол разветвления в наших сердцах.

В этом удостоверяют нас многие изречения слова Божьего: "В тесноте моей я призвал Господа и к Богу моему воззвал. И Он услышал от святаго чертога Своего голос мой, и вопль мой дошел до слуха Его… Я же беден и нищ, но Господь печется о мне" (Пс. 17:7; Пс.39:18

Но не так мудрствуют люди, любящие самих себя, заботящиеся о плоти и ее похотениях, глухие к голосу говорящего: "смиритесь под крепкую руку Божию, да вознесет вас в свое время. Все заботы ваши возложите на Него, ибо Он печется о вас" (1 Петр. 5:6:7). Ибо уповать на себя самого есть не вера, но неверие; уповать во всем на Бога — это — добродетель. И тем совершеннее эта добродетель, чем крепче полагаемся мы на Бога даже до того, что не имеем вожделения (сильного желания) знать, что о нас Бог устроил. Это наивысшая ступень упования, утверждающаяся на трех добродетелях: сердечной вере в Бога, несомненной надежде на Него и неизменной любви к Богу и ближним.