Читаем Ихор. На север (СИ) полностью

Блеснувший на солнце череп угрожающе посмотрел на Аркела, предвещая не минуемые ужасы смерти. От испуга, мальчишка оступился и под весом собственного тела грохнулся на жесткие доски. Завидев, как черепоголовый угрожающе приближался к нему, обнажая пару ножей, рефлекторно поднял руку и воссоздал ледяной шар, что полетел во врага.

Не смотря на предельно короткую дистанцию в пару шагов, черепоголовый умудрился увернуться от стремительно летящего ледяного шара, от которого не защитит ни один из доспехов, за счет своего заброневого воздействия. А этот человек, больше походивший на драугра из легенд, просто на просто увернулся склонив тело в сторону.

Момент был потерян вместе с инициативой, Аркелл не успевал думать, не то что предпринять хоть какую-то меру в борьбе с этим человеком. Но на помощь подоспел его отец, выбравшийся из воды и проворно забравшийся обратно на борт судна.

Черепоголовый, словно желал зрелищ, ибо не стал добивать Аркела, а вместо этого повернулся боком к каждому из северян, собираясь принять бой с обеих сторон. Такой высокомерный жест, не тронул Аркела, но знатно разгневал Сигурда.

— Да кем ты себя вообще возомнил! Аркелл, вставай, не смей сдаваться!

Приняв во внимание слова отца, мальчик торопливо поднялся на ноги и принял боевую стойку, концентрируя свои силы на искусстве, которому научила его любимая мать. Вспоминая прошлые уроки с матерью, сердце обливалось кровью, а глаза вновь слезились от горя.

— Черт, о чем я сейчас вообще думаю. — Отмахнулся он от неуместных сейчас мыслей. Отец правду говорил, если они погибнут сейчас, то тогда в чем смысл смерти любимой матери. Тогда, они подведут ее и их груз вины станет еще больше. Нельзя этого допустить.

Через силу выкинув ненужные мысли, Аркелл настроился на битву, сверля глазами своего врага, который даже не шелохнулся и просто дожидался их первого хода. Эта его надменность выводила Сигурда из себя и он начал действовать первым.

Вооруженный одним лишь мечом, Сигурд предпринял попытку ударить в одно из немногих слабых мест в доспехах черепоголового, в его шею. Меч, естественно, был мигом отражен лезвием ножа, но Сигурд при этом улыбался, порадовавшись его отвлекшемуся вниманию.

Холодная струя холодного дыма окутала ноги Безликого, приковав того к палубе корабля ледяной корой. Тем не менее, оказавшись в обездвиженном состоянии, черепоголовый вовсе не беспокоился об этом, напротив, все еще чувствовал свое превосходство.

Пока противник скован льдом, Сигурд атаковал вновь, целясь в неприкрытые икры. Если удастся положить его на спину, то он станет легкой мишенью даже в своих доспехах.

Нога при этом, ожидавшая удара, приложила огромные усилия и оторвалась от палубы вместе с корой льда на ботинке. Зазубренный и старый меч прошел по воздуху, не задев Безликого. Сам он при этом закружился на месте словно волчек, размалывая кусок льда на второй ноге. Сигурд получил удар ногой под дых и отлетел к другой части корабля, оказавшись в полусознательном и мучительном состоянии, испытывая боль от невероятно мощного удара в солнечное сплетение.

На очереди оказался мальчишка, не старше восемнадцати лет, но особой благосклонностью Безликий не отличался и без зазрения совести покончит с ним, не смотря на его юный возраст. Слабакам не место на войне, уж северяне должны это понимать.

Попутно увернувшись от пары ледяных заклинаний, Эос уверенно приближался к вражескому тауматургу и когда он достиг нужной дистанции, резким и стремительным рывком сократил дистанцию. Ошеломленный такой не человеческой скоростью, Аркелл допустил фатальную ошибку, пропустив мимо взгляда руку, что тараном врезалось в его живот.

Тело мальчишки согнулось от боли, а кулак приподнял его тело в воздух, а кольчуга никак не защитило его. Боль в животе обожгло его и на мгновение мысли запутались.

После первого же удара изо рта хлынула кровь, настолько сильным был удар, но он был не единственным. После кулаков, в ход пошли колени, что беспощадно колотили слабое тельце, сыпя на палубу выбитые кольца кольчуги и превращая внутренние органы в кашу. Последним пинком, Безликий отправил его в недолгий полет. С грохотом приземлившись на носовой части корабля, парнишка больше не двигался, хотя все признаки жизни были при нем. Он судорожно обливался кровью, не в силах даже пошевелить руками и ногами.

— Аркелл!.. — Надрывно завопил Сигурд, пробегая мимо Безликого и падая на колени рядом со своим сыном. — Нет, нет, нет… Аркелл, сын… слышишь меня, прошу поговори со мной. — С ужасом говорил он смотря в обливающееся кровью лицо родного сына.

От одного вида своего чада, сердце сурового северянина сжималось от боли. Глаза чуть ли не наворачивались слезами, а голос, столь тяжелый и грубый отцовский голос впервые за всю свою жизнь дрогнул. Трясущимися руками он прикоснулся к охладевшему и бледному лицу своего сына.

Тихо шепча, он пытался успокоить сознание Аркела, или скорее, успокоить свое разбушевавшееся сердце, разрывающееся на куски, от осознания ужасного грядущего.