Читаем Ихор. На север (СИ) полностью

Вернув глаза к лагерю, он обнаружил не самую, но все равно не приятную картину. Отчаянные толпы северных варваров ломились к ним. Жалкие и испуганные люди словно волна, заполонили улицы и мчались к орочьим кораблям, в надежде найти спасение, но последовавший после этого приказ Снаргра, говорил о противоположном.

— Шестой, седьмой и восьмой полки! Принять боевой порядок! — Указанные полки, оказавшиеся на самом краю, развернулись и направили мушкеты на бегущих северян, что совсем не давно были их союзниками. — Стоять! Стойте! — Прокричал Снаргр на варварском языке, в надежде остановить их, но те продолжали бежать и приблизились на опасно близкую дистанцию, пришлось рявкнуть приказ. — Огонь!..

Залп мгновенно выкосил впереди идущих варваров, а те что шли за ними, замедлились, пока совсем не остановились и не посмотрели на орков удивленными глазами.

Северяне еще не все поняли, но Снаргр догадался, что сейчас вопрос выживаемости. Либо передохнут все орки, либо северяне, Снаргр предпочел, чтобы этой жертвой оказались именно северяне. Голосить он более не собирается, лишь сказал им на последок одну вещь.

— Вам нет места на наших кораблях! Убирайтесь! — Рявкнул он, после чего стал ждать их реакции.

Ожидаемо они жалобно заголосили, крепче хватались за свои совершенно дрянные и бесполезные мечи и щиты. Отчаяние может толкнуть их на опрометчивое решение, но крики раздавшиеся в глубине лагеря и ржание лошадей толкнули их на неожиданное решение.

Группа женщин, обмотанные в подобие доспехов, вышли к оркам с маленькими детьми, что только научились ходить. Самоуверенность северян была настолько велика, что они умудрились притащить с собой своих чад, настоящие глупцы. Женщины, с отчаянными криками протягивали своих детей огромным стальным монстрам, уповая на их милосердие.

За группой женщин последовали сотни родителей, мужчины и женщины волокли за собой хнычущих детей и толкали их к оркам. Вся варварская арава умоляла сжалится и спасти их детей, совершенно наплевав на свои собственные жизни.

Снаргр явно изумился их мужественным поступком. С отпавшей челюстью и удивленными глазами он наблюдал за тем как буквально тысячи родителей выходили вперед, наплевавшие на себя, но ожидающие милосердия хотя бы ради их детей. И тут суровый орк задумался, почему бы не пустить хотя бы детей, которые не виноваты в глупости своих родителей. На кораблях придется потесниться, но их можно забрать с собой.

Ради мужества этих людей, Снаргр был готов пойти на некоторые уступки.

Взглянув на своих воинов, военачальник увидел в их действиях солидарность. Они не отпускали ружья, но с сомнением озирались на своего полководца, не желая стрелять в женщин и детей. Даже у орков есть понятие морали, кто бы что ни думал.

Собравшись с решимостью, Снаргр выкрикнул.

— Забираем де… — Не успел он договорить, как в глаза ударил знакомый тауматургический свет, поднявшийся с самого лагеря.

Случайность это или преднамеренное действие, было не понятно, но несколько орков произвели неожиданный выстрел, после чего по цепной реакции все приготовившиеся полки произвели залп. Мужчины и женщины вместе с детьми попадали в грязь словно тряпичные куклы которым обрезали нити. Обозревавшие это люди остолбенели и не могли даже шевельнутся. Когда же они пришли в себя, то их бородатые лица исказились в гневе и вся эта толпа ринулась в бой.

Милосердию больше не осталось места и Снаргр дал приказ на огонь.

— Огонь! Огонь!

Второй залп выкосил несколько сотен варваров, после которого пришлось перейти на ближний бой. Не имея тяжелого ударного оружия, северяне не могли адекватно противостоять оркам, и эта битва обернулась резней в одни ворота. Тяжелые булавы и ятаганы с легкостью косили отчаянных людей, но имея вполне ясную цель, не сбавляли натиск.

— Быстрее грузитесь на корабли! Быстрее!

Мало по малу, но орочьи войска на берегу таяли на глазах, один за другим корабли отплывали по реке в открытое море, а шансы на спасение если не себя, то хотя бы своих отпрысков, сыпались как старое разваливающееся здание и в один миг рисковала обрушиться… хотя, оно уже обрушилось.

Ярость переходила в страх и отчаяние, что виделось на лохматых мордах людей. Вскоре и ряды бьющихся орков отступили к кораблям и медленно редели, пока на их плечи не легли тяжелые мушкетоны и не разрядили по варварам картечные заряды, превращая тела варваров решето и роняя их тела на землю.

Еще немного и последний орк сел на корабль, попутно отбиваясь от разъяренных туземцев, винтики медленно отплывали от берега. Входя в воду по пояс они еще надеялись что-то изменить, но по мере отдаления кораблей, отчаяние и безысходность переполняли их мысли, подкрепляя это безнадежными воплями.

…