— Абсолютно, я никуда их не отпущу, пока они не расплатятся за содеянное своими головами… Но ты прав, сейчас мы не можем их преследовать… сами, не сможем. Я уже разослал вести всем соседним странам, в том числе графству Форсет, с их превосходным флотом, и королевству Фестуа с их прославленным полководцем Андре дю Фамоа. Кроме того я отдал приказ некоторым рыцарским отрядам оставшимся в магистрате в Лестере отправиться следом за нами, вскоре к нам присоединиться еще четыре сотни всадников. Такой силы нам хватит, чтобы положить конец варварским набегам. Графство Форсет и графство Гемпшир… мы еще не получили ответа, но я уверен, что они согласны со мной.

— Неужели, вы предвидели падение города и поэтому не стали собирать все имеющиеся силы? — С опаской произнес Маршал.

Обернувшись к Итану, Филип ответил.

— На пути ты спрашивал меня, что я собираюсь делать… Пришло время глотнуть свободного воздуха.

Тень 9 Плохие вести

Прямо по среди темной и грязной улицы стояли три грозные фигуры. Клык тяжело выдыхал пар изо рта в беспросветную темноту, Эла стояла и казалось начинала замерзать, прижимая руки плотнее к телу. Эосфорос как обычно курил из своей трубки и в целом был доволен погодой, одно только его огорчало, это постоянная вонь, к которой тот еще не успел привыкнуть. В такое время невозможно увидеть кого-то на улице, все люди после долгого рабочего дня отправлялись спать. Город практически замирал, но эти трое стояли и просто ждали.

— Ох, долго они еще? — Говорила Софи, прикладывая руку к больной от утреннего похмелья голове.

— Интересно, а у аристократов принято опаздывать? — Поинтересовался Клык.

— Обычно нет, но чего-то запаздывают. — Софи посмотрела вдоль улицы на которой стояли, пытаясь разглядеть в непроглядной темноте ожидаемую ими карету. Лишь где-то там в далеке виднелись озаренные светом окна ратуши. — Жалко, что наш скваер Пьер свалил. — Упомянула Софи.

— Мда, жаль, а ведь я хотел поставить именно на него. — Клык внимательно посмотрел на курящего Эоса и адресовал следующие слова ему. — Ты уж не обижайся, но наш дружище Пьер сражается лучше тебя. Я помню как однажды он отрубил голову мутанту-химере одним ударом.

— Не верю. — Скептично ответила Софи, но Клык продолжил нести свою тему.

— Я видел это своими глазами! Можешь не верить, твое дело, но истина останется в моей памяти. Эхх, я ведь так хотел посмотреть как он сражается. Кстати… почему он сбежал?

Софи вопросительно посмотрела на Клыка.

После боя между Эосом и Элой, на следующий день должна была состояться еще одна битва, между Эосом и Пьером. Этот бой должен был определить последнего победителя и того, кто поступит на службу к градоначальнику Вольфгану. Однако по некоторым причинам Пьер внезапно сбежал из города и по слухам направился в родной Сомерсет. Судьи турнира приписали Пьеру техническое поражение и исключили из турнира, по факту Эос остался единственным кандидатом. Эос победил, но осадочек внутри остался, чувствовалась неудовлетворенность и незавершенность дела.

По случаю победы Эоса, Вольфган де-Штраце пригласил его в ратушу, где и официально примет его к себе на службу.

— Ты разве не знаешь? — Клык помахал головой. — Ходят слухи, что на Сомерсет напала крупная армия северян. Мол, город Шеффалд был полностью истреблен, всех людей убили и никого не пожалели. Вот Пьер и погнался защищать свое родное графство.

— Ааа… — Просветленным тоном протянул вервольф, но затем задал следующий вопрос. — Но, разве у него там нет каких-то проблем с каким-то там граф-магистром? Я слышал, что этот Филип недолюбливает нашего Пьера.

— Ну да, верно говоришь. Пьер Террайль де Бьярд, когда был еще орденоносцем "Голубой крови", присягнул на верность одному из феодалов Сомерсета. Да, а потом тот самый феодал вместе с другими сторонниками подняли восстание. Пьер и Филип оказались по разные стороны конфликта… Ааа, голова болит… — Софи отвлеклась и схватилась за разболевшуюся голову.

— Что дальше? — Но Клык требовал продолжения.

— А что дальше? Ясное дело граф-магистр Филип подавил восстание, но рыцарей-предателей убивать не стал, вместо этого он дал им выбор, либо они возвращаются в орден в качестве скваеров без права на служебный рост, либо они покидают орден будучи лишенными всех привилегий. Наш Филип выбрал второе и сейчас он странствующий воин-проповедник. А "скваер", как-то само закрепилось за ним, хотя помню как в ордене "Голубой крови" он был маршалом и даже претендовал на пост комтура.

— Это круто?

— Это все равно что стать вторым человеком после граф-магистра.

— Хрена, вот это у него дела творятся. Хмм, теперь он нравится мне еще больше, — в голосе Клыка почувствовались нотки уважения — несмотря на то, что в Сомерсете его презирают, он все равно помчался спасать свой народ от варваров. Разве это не звучит красиво?

Эла слегка улыбнувшись посмотрела на волчью морду.