Читаем Иисус Навин. Давид полностью

Долина Сихем, тихо и безмятежно лежавшая под защитой двух гор, считалась одним из самых прекрасных уголков Палестины. Образовавшийся здесь естественным образом амфитеатр позволял обратиться к огромному количеству людей и быть услышанным. Здесь Иисус Навин собрал весь народ Израиля, равно как и пришельцев, которые в последнее время стали присоединяться к евреям. Он написал десять заповедей Всевышнего на камнях — как в течение сорока лет эти законы были основной нормой поведения Израиля во время его странствий, так теперь этот кодекс будет определять жизнь Израиля в земле обетованной. Все слова, и благословение и проклятие, Иисус Навин прочел собравшимся. Иисус Навин не изменил ни буквы, когда переписывал законы, и каждый мог в этом убедиться.

Выполнение законов было обязательно и для примкнувших к Израилю неевреев.

Таким образом, победа над Гаем была отмечена не песнями и плясками, не фейерверками и вином, не размахиванием флагами, но в высшей степени волнующим чтением всех слов закона, заповеданного Моисею Богом.

Никто из присутствовавших мужчин, женщин, детей, евреев и пришельцев не сможет теперь сказать, что незнаком со Словом Божьим.

ЖИТЕЛИ ГАВАОНА

ОБМАНЫВАЮТ ИИСУСА НАВИНА

ИИСУС НАВИН 9

Каждый, кто читал в Библии о завоевании Ханаана евреями под руководством Иисуса Навина, наверняка испытывал определенное отвращение к, казалось бы, необоснованной жестокости захватчиков. Полное уничтожение целых сообществ было зверством, неподобающим избранному народу.

Чтобы понять, хотя бы отчасти, происходившее, необходимо на время прервать нить повествования. Возможно, мое объяснение поможет читателю увидеть некоторые вещи с точки зрения Господа.

Во-первых, в основе натуры Homo sapiens лежит насилие. Человек, не обращенный в христианство, — это дикий хищник. Человеческие сообщества всегда захватывают, грабят и убивают своих соседей. Сильный побеждает слабого. Вся история цивилизации — страшная череда войн, волн разрушения и насилия, накатывающих одна за другой.

Насилие и жестокость — неотъемлемая часть человеческого поведения. Господь, Отец наш небесный, смотрит на людской муравейник с неописуемым состраданием. Он, от взгляда которого не скроется даже птенец, выпавший из гнезда, скорбит над нашей разрушительной злобой (Бытие 6,5–6; Римлян. 3,9-19).

Во-вторых, среди бесконечной череды смертей и разрушений, Бог, по причинам, одному Ему ведомым, часто предпочитает не Сам наказывать грешников, а выбрать один народ, или расу, или группу людей для того, чтобы они судили и карали других. Конечно, есть исключения: потоп во времена Ноя, разрушение Содома и Гоморры, истребление первенцев в Египте — в этих случаях апокалиптический приговор был приведен в исполнение самим Всевышним, но эти исключения только подтверждают правило. Бог выбирает какой-нибудь народ для осуществления Своего правосудия.

Как Израиль был страхом для аморрееев и хананеев, так и сам он потом был едва не стерт с лица земли языческими полчищами ассирийцев и вавилонян (Исаия 10, 5–7).

В-третьих, важно понять, к кому применялись такие суровые меры. Всевышний не жесток и не мстителен. Совсем наоборот! Он милосерден, долготерпелив и снисходителен даже к самым упрямым людям.

У современников Ноя было время, чтобы раскаяться, — годы и годы. Но они не раскаялись! Содом и Гоморра спаслись бы, найдись там хоть десять жителей, откликнувшихся на мольбы праведника Лота. Девять раз Бог предупреждал Египет и фараона, и только на десятый раз ниспослал им истребление первенцев.

То же и с аморреями и хананеями. Они прекрасно знали о силе Господнего гнева — о потопе, об огне и сере, о десятой казни египетской, но не подумали о том, чтобы обратиться к Богу Иегове. Как и Израиль, они видели, слышали, знали о свидетельствах Авраама, Исаака и Иакова, однако не пожелали служить Господу. Обратившись к ложным богам, они погрязли во зле и пороках — человеческие жертвоприношения, обман, плотские извращения всех видов…

Чаша их беззаконий переполнилась, и теперь на них прольется чаша небесного гнева. Указания, данные Господом Иисусу Навину, были просты — сокрушить язычников.

Выживут только те из них, кто, подобно блуднице Раав и ее семье, доверят свои жизни Господу, Богу Израиля. Они, со всех сторон окруженные смертью, обрели жизнь, они ступили на новый путь вместе с народом Божьим; они были возвышены из бездны отчаяния.

Бог всегда и везде дает возможность спастись. Он призывает всех, Он просит всех: «Придите!» Дух Его предстает в разных проявлениях. Только немногие откликаются. Только немногие выбирают Его узкий путь, хотя Он широко раскрывает объятия для всех, кто захочет прийти к Нему.

…Среди хананеев был маленький народ, который понимал, что их ждет неминуемое уничтожение. Жители Гаваона знали, что силы Израиля сметут их так же легко, как сделали это с Иерихоном и Гаем, и не пощадят никого — ни женщину, ни мужчину, ни ребенка. Чтобы спастись, они прибегли к хитрости и лукавству.

Перейти на страницу:

Все книги серии Исторические силуэты

Белые генералы
Белые генералы

 Каждый из них любил Родину и служил ей. И каждый понимал эту любовь и это служение по-своему. При жизни их имена были проклинаемы в Советской России, проводимая ими политика считалась «антинародной»... Белыми генералами вошли они в историю Деникин, Врангель, Краснов, Корнилов, Юденич.Теперь, когда гражданская война считается величайшей трагедией нашего народа, ведущие военные историки страны представили подборку очерков о наиболее известных белых генералах, талантливых военачальниках, способных администраторах, которые в начале XX века пытались повести любимую ими Россию другим путем, боролись с внешней агрессией и внутренней смутой, а когда потерпели поражение, сменили боевое оружие на перо и бумагу.Предлагаемое произведение поможет читателю объективно взглянуть на далекое прошлое нашей Родины, которое не ушло бесследно. Наоборот, многое из современной жизни напоминает нам о тех трагических и героических годах.Книга «Белые генералы» — уникальная и первая попытка объективно показать и осмыслить жизнь и деятельность выдающихся русских боевых офицеров: Деникина, Врангеля, Краснова, Корнилова, Юденича.Судьба большинства из них сложилась трагически, а помыслам не суждено было сбыться.Но авторы зовут нас не к суду истории и ее действующих лиц. Они предлагают нам понять чувства и мысли, поступки своих героев. Это необходимо всем нам, ведь история нередко повторяется.  Предисловие, главы «Краснов», «Деникин», «Врангель» — доктор исторических наук А. В. Венков. Главы «Корнилов», «Юденич» — военный историк и писатель, ведущий научный сотрудник Института военной истории Министерства обороны РФ, профессор Российской академии естественных наук, член правления Русского исторического общества, капитан 1 ранга запаса А. В. Шишов. Художник С. Царев Художественное оформление Г. Нечитайло Корректоры: Н. Пустовоитова, В. Югобашъян

Алексей Васильевич Шишов , Андрей Вадимович Венков

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука

Похожие книги

100 великих деятелей тайных обществ
100 великих деятелей тайных обществ

Существует мнение, что тайные общества правят миром, а история мира – это история противостояния тайных союзов и обществ. Все они существовали веками. Уже сам факт тайной их деятельности сообщал этим организациям ореол сверхъестественного и загадочного.В книге историка Бориса Соколова рассказывается о выдающихся деятелях тайных союзов и обществ мира, начиная от легендарного основателя ордена розенкрейцеров Христиана Розенкрейца и заканчивая масонами различных лож. Читателя ждет немало неожиданного, поскольку порой членами тайных обществ оказываются известные люди, принадлежность которых к той или иной организации трудно было бы представить: граф Сен-Жермен, Джеймс Андерсон, Иван Елагин, король Пруссии Фридрих Великий, Николай Новиков, русские полководцы Александр Суворов и Михаил Кутузов, Кондратий Рылеев, Джордж Вашингтон, Теодор Рузвельт, Гарри Трумэн и многие другие.

Борис Вадимович Соколов

Биографии и Мемуары
Льюис Кэрролл
Льюис Кэрролл

Может показаться, что у этой книги два героя. Один — выпускник Оксфорда, благочестивый священнослужитель, педант, читавший проповеди и скучные лекции по математике, увлекавшийся фотографией, в качестве куратора Клуба колледжа занимавшийся пополнением винного погреба и следивший за качеством блюд, разработавший методику расчета рейтинга игроков в теннис и думавший об оптимизации парламентских выборов. Другой — мастер парадоксов, изобретательный и веселый рассказчик, искренне любивший своих маленьких слушателей, один из самых известных авторов литературных сказок, возвращающий читателей в мир детства.Как почтенный преподаватель математики Чарлз Латвидж Доджсон превратился в писателя Льюиса Кэрролла? Почему его единственное заграничное путешествие было совершено в Россию? На что он тратил немалые гонорары? Что для него значила девочка Алиса, ставшая героиней его сказочной дилогии? На эти вопросы отвечает книга Нины Демуровой, замечательной переводчицы, полвека назад открывшей русскоязычным читателям чудесную страну героев Кэрролла.

Уолтер де ла Мар , Вирджиния Вулф , Гилберт Кийт Честертон , Нина Михайловна Демурова

Детективы / Биографии и Мемуары / Детская литература / Литературоведение / Прочие Детективы / Документальное
Шопенгауэр
Шопенгауэр

Это первая в нашей стране подробная биография немецкого философа Артура Шопенгауэра, современника и соперника Гегеля, собеседника Гете, свидетеля Наполеоновских войн и революций. Судьба его учения складывалась не просто. Его не признавали при жизни, а в нашей стране в советское время его имя упоминалось лишь в негативном смысле, сопровождаемое упреками в субъективизме, пессимизме, иррационализме, волюнтаризме, реакционности, враждебности к революционным преобразованиям мира и прочих смертных грехах.Этот одинокий угрюмый человек, считавший оптимизм «гнусным воззрением», неотступно думавший о человеческом счастье и изучавший восточную философию, создал собственное учение, в котором человек и природа едины, и обогатил человечество рядом замечательных догадок, далеко опередивших его время.Биография Шопенгауэра — последняя работа, которую начал писать для «ЖЗЛ» Арсений Владимирович Гулыга (автор биографий Канта, Гегеля, Шеллинга) и которую завершила его супруга и соавтор Искра Степановна Андреева.

Искра Степановна Андреева , Арсений Владимирович Гулыга

Биографии и Мемуары