Лука — единственный, кто приводит молитву Иисуса на кресте: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23:34), имеющую отношение как к римлянам, так и к тем, кто предал Его. Возможно, Лука узнал эти подробности, как и об оскорблениях в адрес жертвы, от Иоанна, который не упоминает о них в своем Евангелии. В остальном Лука, вероятно, опирается на первоначальный текст Матфея на арамейском языке, послуживший основой для всех трех синоптических Евангелий. «И стоял народ и смотрел. Насмехались же вместе с ними и начальники, говоря: других спасал; пусть спасет Себя Самого, если Он Христос, избранный Божий» (Лк. 23:35). Евангелист проводит различие между народом, который не поголовно враждебен, и начальниками, ненавидящими распятого. Имя «Иисус» (оно, не будем забывать, означает «Бог спасает») в сочетании со словами «Царь Иудейский» на дощечке приговоренного как раз и дает повод для этих издевательств и насмешливых выкриков. Он называет себя Спасителем? «Он спасал других, пусть спасет теперь Себя!» «Сойди с креста!» «Спаси Себя сам!»

Вокруг Голгофы толпа. Любой входящий в Иерусалим не может миновать этого зрелища, а народа в этот канун великой пасхальной субботы много. Три креста видны и с возвышающихся в нескольких десятках метров крепостных валов.

«И распятые с Ним поносили Его», — пишет Марк (Мк. 15:32). Похожие слова встречаются и у Матфея. Об эпизоде с добрым разбойником Луке рассказал, скорее всего, именно Иоанн, если только то не были святые жены-мироносицы, стоявшие у креста. Когда один из преступников присоединился к выкрикам беснующейся толпы, другой ему сказал: «Или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? и мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал» (Лк. 23:40–41). И обратился к Иисусу: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» Иисус торжественно ответил ему: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23:42–43).

В иудейских писаниях о конце света, как и позднее в христианских верованиях, рай — это сад справедливости, Царство Небесное, где праведники наконец обретут окончательное и полное вознаграждение. Для богословов слово «рай» выражает бесконечную Божью милость, явленную через Христа. И никого не удивляло, что Иисус, несмотря на невыносимость Своих страданий, все же сохранил способность, пусть и кратко, но говорить в течение трех часов, пока длилась Его агония. По словам израильского писателя-теолога Шалома Бен-Хорина, случалось, что приговоренные произносили речи, кричали или изрыгали проклятия с вершины своих окровавленных крестов. Как это не похоже на Иисуса, Который говорил только слова нежности и прощения.

А сами первосвященники? Зашли ли они в своей низости так далеко, что пришли к подножию креста? Матфей и Марк о том умалчивают. А Лука, говоря о «начальниках», похоже, имеет в виду именно это. Гипотеза представляется удивительной. Разве для них не было самым важным добиться от римских оккупантов смертного приговора? Но, возможно, следует принять во внимание и пассионарный характер всей драмы. Неужели первосвященники на несколько минут забыли о своем достоинстве для того, чтобы насладиться видом этого лжемессии, бросившего им в Храме вызов?

Как бы то ни было, Ханнан и Каиафа вскоре узнали, что именно Пилат приказал начертать на титле. «Эту надпись читали многие из Иудеев, потому что место, где был распят Иисус, было недалеко от города», — пишет Иоанн (Ин. 19:20). Первосвященники не унимались. «Царь Иудейский!» Разве мог им быть этот несчастный? Пилат насмехается над ними. Вместо того чтобы заниматься во второй половине дня закланием животных для вечерней трапезы, они возвращаются к префекту. Пусть они и клялись в верности Тиберию, своему единственному «царю», они тем не менее остаются верны чаяниям Израиля. Шалом Бен-Хорин считает, что римская аббревиатура I.N.R.I. на табличке соответствует на иврите буквам JHWH (Jeshu Hanozri Wumelekh Hajehudim), а значит, очень похожа на имя бога Яхве. И это не могло не потрясти первосвященников до глубины души.

Они просят Пилата, чтобы на титле не говорилось о «царе иудейском», а было бы написано «этот человек утверждал, что он царь иудейский». «Пилат отвечал: что я написал, то написал» (Ин. 19:22). Принятого решения он не изменит! Для Иоанна то был еще один знак провидения: даже язычник Пилат стал пророком, сам того не желая!

Мария и святые жены-мироносицы

Жены-мироносицы стоят в отдалении. Кто они? Матфей перечисляет трех: Марию Магдалину, Марию, мать Иакова и Иосифа, и жену Зеведея, рыбака с озера, два сына которого, Иаков и Иоанн, вошли в число двенадцати. Марк также упоминает трех женщин: «между ними была и Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии, и Саломия…» (Мк. 15:40).