— Будем добавлять. — Ухмыльнулся он нехорошей такой улыбочкой.

— Арт, иди сюда. — Дрейк выбрался из-за стола и встал на фоне гобелена изображающего нечто среднее между боем и сексом между вампирессой и воином.

— Что ты задумал? — Поинтересовался я.

— Увидишь. Включай свои глазки. А ты солнышко давай снимай нас своей лупой.

— Что? — Хором спросили мы с Ири, не понимая, что задумал рыцарь смерти.

— Снимай моё обращение к народу. — Рявкнул Дрейк на Ири и тут же локтём двинул мне под дых.

— Ты чего охренел? — Гаркнул я, ощутив, как начинаю задыхаться. Дрейк был уже в группе со мной, потому не окрасился в красные цвета. Даже урон по мне прошёл смехотворный, в одну единицу жизни, но вот ощущений это не отменяло.

— Так-то лучше. — Удовлетворённо хмыкнул потрошитель, осмотрев меня взглядом покупателя выбирающего породистого скакуна. — Стой с самой злобной своей рожей. Будем набирать сторонников.

— Снимай, говорю! — Тут же рыкнул он на Ири, окутываясь знакомыми лентами тьмы.

— Всем, привет! Вы знаете — кто я! Кто не знает, может спросить у тех, кто менее криворукий или в детстве не пил тормозную жидкость вместо молока. Мы объявляем войну «Блюстителям веры»! Мы будем уничтожать их везде, где найдём и настигнем. Этот мир имеет право на свободу от предрассудков и ограничений. Все, кто хочет присоединиться к нам, милости просим! Где мы и кто мы выясните сами. Нам нужны слаженные команды способные на дерзкие и активные действия, а не школота! Вы такие? Тогда, добро пожаловать на борт! И когда мы оставим от «Блюстителей» лишь тлен и пепел, не говорите, что не слышали!

Абзац! Похоже, мы развязываем серьёзную войнушку на полконтинента.

— Голову оторву нахрен! — Взревел я, окутываясь молниями и воздушными вихрями, когда понял, что Дрейк задумал.

— Стоп, снято! Ири, беги! Даю разрешение на выкладку! — Заорал Дрейк, ныряя под стол.

— Стоять! — Заорал я в спину дриады. Но та лишь пискнула и рыбкой вылетела в коридор, направляясь в личную комнату.

Вашу мать! Это же будет просто побоище!

— Дрейк! — Заорал я во все горло, распугивая и неписей и игроков. — Голову оторву!

— Поздняк метаться! — Раздалось ехидное хихиканье из-под стола.

Абзац!

Глава 10

Дрейк, нырнув под стол, очень шустро пополз от меня подальше. Я даже не знаю, как назвать этот способ передвижения, но со своими лентами тьмы и быстро мелькавшими конечностями, он походил на тарантула под «экстази». Не выдержав, я рассмеялся, вот только аура преобразила обычный смех в грозные громовые раскаты.

Дрейк, с матерным кличем, юркнул за стойку бара. А я стоял и улыбался, попутно ощущая свою новую ауру. Старая аура при активации добавляла фиксированное усиление очень многих характеристик и свойств персонажа, а вот «Великая аура» напрямую зависела от моего эмоционального состояния. Вызывать ее было даже проще, чем раньше. Но это и понятно.

Игра рассчитана на годы, что может надоесть любому пользователю. Вот разрабы и пытались ввести все новые и новые законы, рецепты и плюшки. Думаю, владельцев аур очень много по всему миру. Сама игра это процесс обмена импульсами между мозгом и искином капсулы, так что любой сильный стресс или эмоциональный фон должны давать человеку ауру. Рекламная акция, можно сказать. Чем серьёзней ты относишься к игре, чем сильнее чувствуешь эмоции в ней, тем больше шансов получить ауру и тем сильнее тебя опутывает этот мир своими сетями.

А вот с вызовом ауры лично мне повезло. Любой нормальный человек испытывает чувство страха перед болью, смертью или неизвестным, что может таить боль или смерть. И не важно крутой это спецназовец или малолетний шалопай, боящийся темноты — инстинкт самосохранения, основанный на страхе, есть у всех. И чтобы преодолеть его, нужны другие более сильные эмоции или чувства. Любовь, ненависть, ярость. Последнюю, и учили искусственно вызывать в себе у солдат. Только ярость может толкнуть человека ринуться в штыковую атаку на пулемётные точки. Только ярость глушит страх перед рукопашными соревнованиями с полным контактом. Даже если напротив тебя твой друг, ты должен возжелать его растоптать, потому что на данный момент он — враг, соперник, противник. Потому боксёры, перед серьёзными боями, часто оскорбляют друг друга, вызывая в себе ярость к противнику, что поможет преодолеть боль и страх. Со временем привыкаешь к этому чувству и можешь вызвать его без всяких на то причин. Вот потому моя аура гнева так легко подчинялась мне. Да и в Дрейке видимо действительно жил настоящий демон, раз он так легко пользуется своей.

— Влезай, подлый трус! — Пророкотал я, заглядывая за стойку.

— Да иди на… — откликнулся потрошитель, посильнее вжимаясь в щель между двумя дубовыми бочонками с вином и пивом. — Я уже задолбался фармить с десятки.