Читаем Игры тандемов полностью

— В мозгах. Мы в дриме слегка тормозим. Когда ускорение врубаешь, твой мозг выходит из спячки, потому оно ограничено по времени. Плюс нет задержки на проход импульсов к телу и обратно. Так что это имбовая абилка получается, но не каждый мозг может такое выдержать. Потому и квесты у вампов что-то вроде проверки на совместимость. У ликанов тоже самое. Но у них фишка в стойкости психики. Превратится в животное с его обострёнными чувствами, другой анатомией — это не просто. Как бы потом не тронутся умом в реале и начать себя считать полу-зверем полу-человеком. Были прецеденты.

— Кстати, а почему вампиры и ликаны на ножах? Они же серые и те, и те. — Спросил я глядя на красивый гобелен позади рыцаря смерти. Там как раз показан славный бой между вампиром и оборотнем в обличии горного барса.

— Не совсем. У вампиров основная магия — это магия крови. Извращённая магия смерти. А вот у ликанов извращённая магия жизни — трансформация. Так что даже в сером цвете у них разные оттенки. Вот и ненавидят друг друга. Да и по характеру они разные. Что-то вроде эльфов и орков. Вампы, сам видишь, до жути консервативны, а вот оборотни больше варвары и дикари, идущие на инстинктах и примитивных желаниях. Похоть, азарт, тщеславие, ярость, все это в них незамутнённое и первичное. — Дрейк всколыхнул бокал и залпом допил остаток вина. — Ладно, я в реал а то система уже маякует о задержке. Придётся тебе денёк потусить без меня. Я на отсыпной. Так что побегай пока тут. Набей опыта и репутации. А ещё чуть не забыл. Не свети Рыка перед вампирами. Они к зверью очень негативно относятся особенно к волкам. Эхо войны, так сказать. Ну и не встрянь в групповуху, а то тут это запросто.

Я думал, Дрейк шутил про групповуху, но понял, что он всерьёз говорил уже через полчаса. Последние дни выдались суматошными и наполненными событиями по самое не могу, потому бежать куда-то и что-то делать не хотелось абсолютно. Я предпочёл просто побродить по красивому замку любуясь его интерьером благо было на что посмотреть. Вот тут и понял смысл слов рыцаря смерти. Все статуи, барельефы или картины несли всего два сюжета — бой и секс. Чаще всего дрались с ликанами, но были и дуэли между самими вампирами. Каждое полотно с вампиром было наполнено скоростью. Смазанные движения, штрихи краски и позы — все кричало о невероятной быстроте. А вот в оборотнях всегда чувствовалась животная сила и невероятная живучесть. Оборотни продолжали бой, даже если были изранены так, что живого места не оставалось. Ну а эротические сцены выполнены тоже очень красиво, хоть и с уклоном в садо-мазо. Цепи, ремни, укусы, кровь, боль — все это было в черных и багровых тонах и зачастую сцены были групповыми. Разврат, конечно, но по-своему красиво. Да и сам процесс вампиризма нёс в себе долю интима, все-таки кровь это часть человека, ассоциирующаяся с эмоциями и страстью.

Спутники вампиров из обычных людей и по совместительству консервы, не выглядели зашуганными и забитыми. Скорее даже наоборот, вели себя достаточно дерзко. Девчонки хихикали и кокетничали, при этом не возникало чувства, что это просто игра. Пожелай я и любая из них может стать моей, только пальцем помани.

Я усмехнулся. Вот он рай для малолеток, в их понимании. Неудивительно, что насытившись обычным, их тянет на эксперименты. Вот только забывают они, что любовь и секс, далеко не одно и тоже. Лично меня это не привлекало. Не было в таком удовольствии наполнения, а без этого, без живого впечатления, трепета и ярких эмоций, терялся смысл лишних телодвижений, что называлось сексом.

Путешествуя по замку, с видом туриста, я забирался все выше. На уровне десятого этажа в донжоне начиналась узкая и крутая спиральная лестница. По ней я поднялся ещё метров на десять и уперся в небольшую смотровую площадку, обнесённую каменными перилами с десятком уродливых горгулий. Но на площадке я оказался не один.

Риот, облокотившись на перила, задумчиво оглядывал окрестности. Вид действительно поражал, хоть и был выполнен в серых тонах. Красота не обязательно должна быть яркой и кричащей. Свинцовое небо, клубящееся над серым лесом, подёрнутым белёсой дымкой тумана. Туман тоже казался живым и подвижным. Его ленты, медленно, но хищно, рыскали среди деревьев, то истаивая, то собираясь, словно из ниоткуда.

— Не помешаю? — Я встал рядом со Старшим гнезда.

Как я уже понял, вампиры не боялись дневного света, а просто слабели под ним, теряли скорость и подслеповато щурились, но и только. А здесь, в серых землях, даже солнце проглядывало лишь иногда, тонкими лучами падая на землю, чтобы снова исчезнуть.

— Красиво! — Сказал я.

— Это моя земля. Земля моего дома. И я ее теряю. — Ответил вампир с толикой горечи. — Я подвел Патриарха.

— Мы же вроде победили. — Удивился я.

— Победили в битве, но проигрываем войну. Светлые, из бессмертных, захватили все четыре деревни, принёсшие присягу нашему дому. Это сильный удар по нашей репутации и доходам. А сорок восемь моих бойцов, моих братьев и сестёр, лежат в гробах, дожидаясь воскрешения, но у нас нет сил на это.