Впрочем, в одной из легенд, услышанных мной в детстве, операция «Волк» толковалась иначе. Она непосредственно связывалась со стаей некогда одичавших собак, которых мы называли шакалами, – такая собака, как ты, наверное, помнишь, сестренка, недалеко от Дороги мертвецов до крови покусала тебя. В этой легенде привезенный из Кореи волк тоже участвует в осуществлении одного из звеньев продуманного Разрушителем плана подготовки к пятидесятидневной войне, но тут корейский волк использовался как производитель – его у нас в долине часто спаривали с собаками. Такие полуволки-полусобаки, одичав, жили в пещерах. Собравшись в стаю, они кружили в окрестностях, не спуская глаз с врагов, вторгшихся в жизненную сферу людей долины и соответственно их жизненную сферу тоже. И вот вожак стаи, корейский волк, вдохновитель их атак и набегов, напал на дом, в котором ночевали солдаты. Его убили, и это привело к войне между стаей собак и армией Великой Японской империи... В этой легенде об операции «Волк» упоминаются и те самые опасные капканы – снабженные не обычными зубьями, а острыми как бритва серповидными ножами, которые напрочь отхватывали ногу. От них, мол, шел запах человека, столь ненавистный одичавшим собакам. Собаки – одичавшее потомство корейского волка; партизаны – не поклоняющиеся чужим богам, непокорные японцы, стрелявшие из густых зарослей... Неужто же солдаты очертя голову пошли бы во тьму, где их поджидали эти омерзительные враги, даже если бы Безымянный капитан не запретил самым решительным образом ночные вылазки?

После полуночи в тот день, когда рота Безымянного капитана обосновалась в долине, прибыл и саперный взвод, задержавшийся потому, что ему пришлось ремонтировать электрическую и телефонную линию вдоль реки. Его прибытие означало, что в оккупированной долине снова появился свет и заработал телефон. В штабе, расположенном в здании начальной школы, ярко загорелись лампочки. Солдаты, с наступлением темноты пребывавшие в страхе, увидев ярко горящие лампы, подняли радостный крик, который разнесся по долине и долетел до девственного леса. Будто восстановление электросети и телефонной связи утверждало их господство над дикими аборигенами этого края. И офицеры не пресекли вопиющего нарушения воинской дисциплины.

Безымянный капитан поднял трубку, чтобы позвонить в штаб полка. Но, прижав ее крепко к уху, услышал вдруг предостерегающий голос:

– Вы начали бессмысленную войну! Оставьте нас в покое и завтра же утром убирайтесь из долины!

Это был голос старика. Чувствовалось, что он мудр и осторожен, но в то же время готов к решительным действиям. Безымянному капитану очень хотелось убедить себя в том, что с ним разговаривал необразованный да к тому же еще и помешанный человек, но все же он не мог отделаться от тягостного ощущения, что слышал голос самого главного их командира. После этого телефон умолк, а когда Безымянный капитан напустился на офицера саперного взвода за нерадивость, погасло и электричество. И почти одновременно раздался мощный взрыв, который возвестил солдатам армии Великой Японской империи, вступившим в долину, что линии электрической и телефонной связи взлетели на воздух.

Передача по телефону воли руководства партизанского отряда была осуществлена вскоре после того, как саперный взвод прибыл в долину, с помощью аппаратуры телефонного подслушивания, установленной инженером лесного оружейного завода, а последовавший затем взрыв – с помощью им же созданного взрывного устройства. Предупреждение Безымянному капитану сделал, разумеется, один из стариков, но мы, дети, были убеждены, что не кто иной, как Разрушитель, являвшийся в снах и руководивший пятидесятидневной войной, проник в телефонную трубку и разговаривал с Безымянным капитаном. А отец-настоятель утверждал, что телефонный разговор просто пригрезился Безымянному капитану, который видел сны наяву. Значит, Разрушитель проник в сон вражеского командира. Безымянный капитан, сестренка, устроив после капитуляции деревни-государства-микрокосма судилище, лично опрашивал всех стариков и установил, что ни у кого из них голос не похож на тот, который обращался к нему по телефону. И его охватило отчаяние: он подозревал, что истинный руководитель пятидесятидневной войны, пройдя через девственный лес, скрылся в далеком городе, но капитулировавшие держат это в секрете...

4