Читаем Игры олигархов полностью

Еремей очень внимательно наблюдал за всеми действиями князя, стараясь не пропустить ни одного мельчайшего движения. Вот старик соединил кисти рук, вот ссутулился, вот шагнул маленькой ножкой в примерно начищенном недорогом армейском ботинке, мотнул плечами в одну сторону, в другую, и вдруг все восемь парней рассыпались, словно лепестки с отгоревшего соцветья.

— А теперь другое. — Волосов улыбнулся. — Вы можете сказать: одно дело — захваты, а другое — удары. Давайте проверим. Я также останусь в центре ринга, а вы бейте меня, как умеете: мне ведь это не важно — ушу-мушу или еще какая заморская экзотика, — сейчас много всяких модных названий! Я вам только скажу одну вещь: чем вы быстрее и сильнее бьете, тем жестче я должен реагировать, иначе я просто не смогу все правильно сделать. Пожалуйста, господа, начинайте!

В воздухе начали мелькать руки и ноги, но ни одна из них не смогла коснуться князя, который успевал отойти, уклониться или захватить атакующую конечность и отбросить противника в сторону. Уздечкин видел, как ребята пытались провести и боковые удары ногами, и даже в прыжке, а один самородок попытался поразить князя ударом двух ног в прыжке с полным поворотом через спину. И даже это не прошло! Куда уж там было даже коснуться Эвальда плохо поставленными ударами рук явно не очень уверенному в себе Геродоту!

Зал одобрительно рычал и хихикал. Группу на ринге обеляли фотовспышки. Негромко звучал однообразный африканский мотив. Убедившись в тщетности своих попыток, бойцы стали вести себя пассивнее, и Волосов поднял руки, обозначая завершение своего выступления.

— Я не сомневаюсь, что среди вас найдутся скептики, которые скажут, что я вам тут показал неубедительное шоу. И это, конечно, правильно! Единоборство слишком серьезная вещь, чтобы бездоказательно принимать на веру все чудеса, которые вы увидите на сцене. — Голос Эвальда Яновича был спокоен и ровен, будто бы этот старый человек и не противостоял только что группе молодых азартных бойцов. — Вот боевой спецназовский нож! — В руке Волосова блеснуло оружие, которое он предъявил притихшему залу. — Сейчас любой из вас может взять этот весьма заслуженный предмет и попытаться поразить меня им в любое место. Куда пожелаете, туда и бейте! Пока вы раздумываете, я отправлю нож в зал, чтобы каждый скептик мог убедиться в его реальности.

Князь приблизился к канатам, нагнулся и со словами: «Осторожнее, он очень хорошо подготовлен!» — передал свое оружие в протянутые любопытные руки. Публика оживилась. Для предложенного эксперимента выдвигались разные кандидатуры. Претенденты смущенно краснели и мялись. Неожиданно из президиума восстал сам Тимур Острогов и под крики и аплодисменты направился к рингу.

— Что я вижу! Сам Тимур Асбестович решил испытать силу родового стиля борьбы семьи князей Волосовых! — В голосе Нашатыря звучало его неистребимое ехидство, смешанное с наигранным подобострастием. — Все мы помним боевые удачи Острогова на боксерском ринге в начале восьмидесятых годов, когда он, кстати, также один из лучших воспитанников Юрия Лупцова, отправлял в нокауты весьма и весьма прославленных мастеров отечественного, понимаешь, и зарубежного, гак сказать, бокса!

Тимур вышел на ринг и ждал, когда к Эвальду вернется курсирующий по залу нож. Когда это произошло, он угрюмо смерил князя взглядом темных глаз из-под капризно изломанных бровей. Волосов вручил противнику оружие, отошел метра на два и коротко кивнул. Владелец ООО «Девять миллиметров» согнул в локтях и поднял руки, нож был зажат в его правой бело-розовой ладони, почти касавшейся щеки. Пальцы левой руки собрались в кулак, и он подергивал ею, словно примериваясь для удара. Острогов сделал несколько шагов в сторону Волосова, который мягко отступал, прижав руки к груди и внимательно наблюдая за атакующим. Тимур резко качнулся вперед, бросил левую руку вниз, как бы отбивая возможную защиту, а правой нанес рубящий удар сверху, рассчитывая, очевидно, поразить Эвальда Яновича в сердце. Князь двинулся, вопреки ожиданиям зала, вперед. Он подставил под ударную руку свое левое запястье, одновременно показав правой рукой серию ударов в пах, корпус и лицо, а правой стопой наступил на одноименную стопу противника. После этого он захватил покрасневшего Бакса правой рукой, завертелся юлой, произвел еще несколько неразличимых глазам зрителей движений и бросил противника на пол. При этом Тимур свалился на спину, а Волосов оказался сверху, контролируя конечности поверженного своими собственными. Нож по-прежнему сверкал в руке Острогова, но почти касался его собственного горла.

— Да, вот это класс! — восторженно завопил Нашатырь. — Величие, понимаешь, славянского дворянства! Будем надеяться, что нападавший легко отделался поверхностным, так сказать, испугом! Простите, уважаемый, каковы ваши первые впечатления? — Нестор уже стоял возле ринга и пихал микрофон своему распростертому шефу.

— Как во сне! — выдохнул Бакс. — А ведь мои предки служили в татаро-монгольском иге!