— Пацаны! — Марк с самурайским бесстрастием боролся с одышкой и пытался сделать вид, что он сохраняет равновесие своего сэнсэйского духа вопреки непредсказуемой, нервозной обстановке. — Когда они нас увидят, вы должны делать вот такой жест, как будто хлопушку поправляете. — Клептонян прижал левую руку к кожаной куртке и провел ладонью по груди. — Или резко суйте руку за пазуху и сурово осматривайтесь, будто прикидываете, хватит ли у вас на всю орду свистулек.

— Чуфь это, Марик! — Рашид также испытывал сложности с дыханием, отирал лицо платком и прыскал над верхней губой из карманного дезодоранта. — Только ты руку в карман фунефь, тут они тебя и фамакфают!

— А почему вы решили, что они вооружены? — Геродот достал сигареты и предложил компании присоединиться. Рашид с готовностью принял угощение, а некурящий Клептонян отстранил миниатюрной рукой воображаемую отраву. — Мне кажется, все это какой-то блеф, а нас сюда прислали, чтобы капусту со здешнего начальства состричь.

— Наша контора всегда классически разводит, — поддержал друга Еремей. — С барыг снимут десять косарей зеленых, а нам смену по сто пятьдесят деревянных закроют!

— Господа, вы, наверное, во многом правы, но нам надо спешить. Мы уже у цели. Нас с нетерпением ждут. — Марк повернулся, очевидно по ошибке, в обратную сторону и резво потрусил по колее между ребристыми контейнерами. — Подтягивайтесь!

— Ё-мое! — гикнул Еремей и указал рукой с незабываемо огромной кистью в сторону законсервированного подо льдом водоема. — Да там мужички подледным ловом озабочены! Мы, бывало, с батяней тоже такое дело практиковали.

На свежем снегу, покрывшем лед, словно поролон фанеру, скопище темных контуров напоминало уютно рассевшихся медведей. Во всей композиции было невозможно уловить хоть какое-либо движение. Все выглядело незыблемо, как на чьей-то весьма убедительной картине.

— Ну и фто ты фтоифь?! — Рашид подошел ближе всех к береговому откосу и надменно всматривался в неразличимые при этих условиях для его ущербных глаз пятна. — Давай дуй к ним! А наф потом на уху приглафифь!

— Внимайте, мальчишки! Какой смысл охранять этот усопший гигант пятилеток, если на его территорию можно пробраться по льду? — Геродот с пониманием, как доктор больного, оценил остальных членов группы. — Это их местная дорога жизни.

— Я думаю, уважаемый коллега, — заранее начал запрокидывать назад голову для предстоящего смешка Марк, — весь этот лед — сплошная маскировка и провокация. А товарищи рыбаки — наши люди, причем проверенные в довольно-таки серьезных делах. А вообще-то, если вы не против, давайте все-таки поищем место боя.

Ребята вновь сорвались с места, еще попетляли и вторглись в заснеженный заводской парк с остатками стендов ветеранов и героев войны. На их пути полыхало пламя. Около него притулились на корточках несколько нищенски одетых фигур, которые что-то крутили над огнем. Над сидящими высилась болезненно полная женщина в форменном пальто бойца ВОХР. Пробегая мимо группы, охранники различили собачью тушу.

— Молодые, красивые, куревом, по случаю, не богаты? — От нищих отделилась женщина в шинели и шагнула в сторону бегущих. — Мясца не хотите? Куда вы так спешите?

— Мы — спортсмены: табак не курим, мяса не едим! — отозвался Сэнсэй. — Не обессудьте, мамаша!

— Тоня, ты чего там, мужиков для нас клеишь? — раздался от огня низкий, немного мультяшный голосок. — Слышь, Жанка, нам Ремнева сейчас хахалей подгонит!

— А ты их спроси, они нашего Митрофана Нетаковича не встречали? Чего-то он опять запропастился! — возмущенно разнесся высокий женский нервно-капризный голос. — Мы тут ему знатный ужин готовим, а он не по бабам ли пошел?

В ответ раздались мрачная брань и зловещий смех. Слышались еще какие-то фразы, но они были уже неразличимы из-за большого расстояния.

— Голошмыги-то до чего оборзели: на вечном огне себе мандруху готовят! — прокричал на ходу Уздечкин, когда разрушенный заводской мемориал остался позади охранников. — Говорят, в малых городах вообще ни одной собаки не осталось!

— Они бы и тебя софрали, глафом не моргнули! — выпалил Рашид и остановился. — Фэнфэй, куда ты наф фаманил? Мы фдефь с тобой никогда не были!

— Ни трубы, ни рации, ни сигнальной ракеты! — Геродот встал вместе со всеми около темной подворотни. — Да мы что, заблудились? Давайте залезем на какую-нибудь крышу и посмотрим, где здесь что находится. А то так можно до утра носиться!

Неожиданно густой мрак подворотни прорвал сочный серебристо-желтый свет. Раздались голоса. Охранники насторожились. Клептонян принял свою излюбленную низкую стойку, закатал кулаки, завел их под мышки и шумно задышал, настраиваясь на поединок.

Глава 37. Назло коварному врагу!