Читаем Игры Майи полностью

Как и у всего живого, у Земли есть душа и тело. Мы мало что можем сказать о ее душе – ведь едва ли имеем представление о своей собственной, и еще сложнее нам судить о чужой. Хотя, следуя учению Платона, мы можем сделать кое-какие выводы о том, что происходило с душой Земли начиная с того момента, когда она приобрела почти сферическую форму. Платон говорил, что сфера – это самое совершенное из всех геометрических тел и что все живые формы по мере своего совершенствования тяготеют к сфере.

Напротив, о теле Земли мы как раз можем судить, ибо за занавесом Майи способны неясно разглядеть или угадать довольно много.

Ее огромное – по сравнению с нашим – тело живет точно так же, как и человеческие тела: рождается, растет и умирает. Пока Земля живет, она может болеть, менять положение своего тела, хорошо себя чувствовать, спать или бодрствовать. Если мы примем эту точку зрения, нам легче будет понять множество феноменов, которые при взгляде на них сквозь лупу ученого оказываются неинтересными или непостижимыми.

Так мы сможем дать логическое объяснение многим мифам и легендам, которые настойчиво говорят о великих потопах, страшных оледенениях, необъяснимых таяниях льдов… Представим себе, что Земля заболела и, чтобы облегчить жар, охладиться, покрылась льдом; она спит, отдыхает под прохладным покрывалом, которое при желании сама может поддерживать силой своей воли, пока не отступит болезнь. И тогда начинают таять льды, происходят наводнения… Человеческие существа не способны постичь те процессы, которые происходят с планетой, и способны лишь трагически переживать эти великие катаклизмы, запечатлевая их в своих древних мифах, полных глубокого смысла.

Представим себе, что, как и всякому живому существу, Земле время от времени нужно менять положение своего тела. Хотя движение такой огромной массы было бы более упорядоченным, чем движение человека, но каким бы малым ни было это перемещение, те существа, которые ее населяют, восприняли бы его как весьма масштабное. Так можно объяснить легенды о том, что Земля даже не один, а несколько раз меняла наклон своей оси, переходя от одного положения к другому, и в конце концов – к нынешнему.

Представим себе, что Земля имеет определенный возраст и что в молодости температура у нее была выше и климат мягче; но по мере того, как Земля старела, она медленно остывала, как будто бы жизнь потихоньку уходила из нее. И тогда мы можем понять причину тех температурных сдвигов, которые начинают регистрировать ученые, а также микрооледенений, следующих одно за другим, как будто Земля время от времени спит, устраивая себе сиесту, и тем самым понижает температуру своей жизнедеятельности.

В Земле есть жизнь, потому что Жизнь прорастает из нее. Земля добра и к людям, и к животным, и к растениям. В ее глубоких недрах родятся самые разнообразные, самые восхитительные драгоценные камни, в ее лоне невидимо для нас происходят какие-то геологические процессы, в результате которых появляются уголь и алмаз, окаменелые останки живых существ и нефть. Кто может объяснить то чудо, что элементарный состав Земли, совершенным образом приспособленный и трансформированный, стал основой физического тела животных и людей? Если мы считаем себя живыми существами, то, по меньшей мере, не можем не признавать того факта, что Земля тоже живая, ведь в наших телах нет ничего, что не пришло бы из нее. А может ли нечто безжизненное создать что-то живое?

* * *

Иногда занавес Майи оказывается слишком плотным, и нам не так-то просто увидеть сходство в жизни планеты и в жизни людей. Однако «как наверху, так и внизу», как гласит древний герметический афоризм.

Земля, как и мы, имеет кровеносную и дыхательную системы. Для нас по-прежнему остаются загадкой ее моря, безошибочное чутье ее рек, потоки воздуха, текущие из глубины ее недр и образующие газовые потоки, которые порой находят себе выход в жерле вулканов… Для нас по-прежнему остается загадкой, почему наша планета не знает психологического утомления, почему она никогда не впадает в уныние и продолжает неуклонно выполнять свои обязанности. Ах, если бы мы могли достичь подобного постоянства, столь глубокого чувства долга, чтобы никогда не уставать и не испытывать того угнетенного состояния, которое наступает, когда наш энтузиазм иссякает… Для нас по-прежнему остается загадкой разумность Земли, которая не однажды опрокидывала представления и расчеты ученых, изменяя ритмы, убыстряя или замедляя процессы и даже меняя траекторию своего движения по орбите, чтобы не «наткнуться» на комету.

* * *

При всей своей загадочности Земля позволяет нам хотя бы что-то узнать о своей поверхности. Но мы мало что знаем о том, что находится внутри нее; мы можем фантазировать на этот счет, можем «путешествовать к центру Земли», но на самом деле Майя делает так, что мы знакомы лишь с той поверхностью, по которой ступаем.