Читаем Игры Майи полностью

Все царства, предшествующие человеческому и сосуществующие с нами под покровительством Природы, предоставлены в наше распоряжение. Мы можем бездумно использовать минералы; растения мы можем употреблять в пищу или делать из них одежду; животных мы, естественно, едим или используем для разного рода работ. Земля существует, чтобы прорастали зерна, которые мы в нее бросаем, или для того, чтобы как можно быстрее накапливать для нас сокровища и как можно легче отдавать их нам. А еще я слышала, будто звезды на небе суть лампады, которые Господь сотворил, дабы они сопровождали человека в его ночных странствиях. Если это поэтический образ, то он, безусловно, прекрасен. Но если это утилитаризм – а я боюсь, что так и есть, – то мы встречаемся с утверждением, что звезды ни на что другое не способны, как только сиять и освещать, потому что человек – ЧЕЛОВЕК, самое «совершенное» творение во вселенной, – пока еще не способен видеть в темноте.

Воспринимая мир через подобную призму, мы снова оказываемся в ловушке Майи, поскольку не изучаем раскрытую перед нами книгу Природы, а вместо этого рвем обложку и треплем ее листы без малейшего сожаления и, как сейчас выясняется, не получая никакой выгоды.

Природа – это естественная сцена, где мы можем осуществлять свой опыт, накопленный к настоящему времени. Но вместе с нами в этом мире живут, познают и проявляют себя и камни, и цветы, и животные, и звезды… Человек – это лишь одна из множества ступеней, составляющих великую лестницу эволюции. И кто знает, нет ли в Природе других существ, более высокоразвитых, чем человек, и недоступных нашему восприятию? А если нам стали доступны все возможные масштабы, то почему бы не рассмотреть то, что превыше нас самих?

Но материя предстает в огромном, почти бесконечном множестве форм воплощения. Одни из них ощутимы и доступны глазу. Другие гораздо слабее регистрируются нашими органами чувств и не воспринимаются нами. Когда солнечный свет заполняет все пространство, ослепляя нас, разве кто-то утверждает, что звезд не существует? А когда ночь окутывает все вокруг безмятежной мглой, а на небе сияют звезды, разве мы говорим, что в мире исчезли краски? В зависимости от момента мы что-то видим, а что-то – нет. В какой-то момент проявляется одно, в какой-то момент – другое. Но и то, и другое существует, а наша способность воспринимать это зависит, конечно же, от ситуации, от нашего понимания и от той ступени эволюции, на которой мы пребываем.

Для того чтобы понимать, недостаточно видеть. Нехватка понимания и мудрости существенно ограничивает наше видение. Если для человека важна лишь материальная сторона существования, Природа ничего не сможет ему сказать. Для тех же, в ком начало происходить духовное пробуждение, Природа, как мы сказали ранее и как говорили многие до нас, – это открытая книга, неисчерпаемый кладезь познания. Если взглянуть на древесный листок равнодушно, он будет нем для нас, но тот же листок многому нас научит, если к нему присмотреться: тогда обнаружится множество важных деталей, которые красноречиво расскажут нам о жизни этого листка. Его цвет, форма, размер, прожилки, способ дыхания и поглощения солнечных лучей, – все эти аспекты его жизненных проявлений указывают на тот разум, который управляет жизненной силой этого листа.

Поэтому возможно, что мы, ослепленные Майей, только потому не видим более совершенных, чем наша, форм жизни, что смотрим на Природу с равнодушием невежд. Нужно лишь хоть немного стряхнуть с себя тяжелый, беспробудный сон, чтобы это понять.

Подобно тому как в камне есть зерно будущей подвижности дерева, как в растении есть зерно будущей чувствительности животного, как в животном есть зерно будущей разумности человека, – точно так же в человеке есть зерно будущей духовной мудрости «сверхчеловека». Достаточно стряхнуть с себя тяжелый, беспробудный сон, чтобы в нашей душе начало пульсировать будущее. Достаточно приоткрыть глаза, чтобы заметить, что человек, отягощенный столькими несовершенствами, не может быть последним и наиболее совершенным творением Природы. Достаточно захотеть, чтобы понять, что если мы смогли увидеть в самих себе отблески грядущего, то оно, это грядущее, быть может, уже где-то существует – где-то в другом месте, в каком-то ином измерении, записанное иным языком той же Природы, однако до времени скрытое от нас.

* * *

Небо и земля – вот место действия Природы. В промежутке между ними находят свое выражение бесчисленные формы жизни. Из небесного пространства они улавливают космическую силу звездного таинства, таинства грядущего. На земле их корни погружаются в иное таинство – ушедшее в прошлое таинство сотворения материи. Все мы являемся формами жизни, и в нас, по словам Платона, присутствует и то, и другое – в нас есть нечто от материи и нечто от духа, и на нас возложена вся ответственность решения драматической задачи – достичь точного равновесия между ними.