Читаем Игрушки Анкалимы полностью

Только сейчас до меня дошло: а что это Иримэ тусуется рядом со мной? По идее она должна помогать своим подругам собирать лагерь. Неужели наложение новых знаний делает меня немного тормознутым? Ведь сразу было ясно, что эльфийка не просто так подошла, но, видимо, мой рассказ о пыточном регламенте эльфу её так выбил из колеи, что и сама забыла, зачем подошла. Поинтересовался у красавицы и был несколько удивлён, что она предложила отойти в сторону и спросила разрешения поставить полог тишины.

– Ну и что за тайны у нас, дорогая?

Иримэ движением фокусника достала четыре каких-то невзрачных серых камушка и с довольным видом протянула их мне. И что это за хрень такая? Взял, осмотрел и не понял, к чему такая таинственность. Это были модули-мутанты, похожие на те, что были вплетены в рабские ошейники. И чего мне с них? Это и сказал Иримэ. Получил в ответ негодующий взгляд и шипение сквозь зубы, мол, идиот, или что-то такое, мой переводчик дал лишь примерное значение. А это и были рабские ошейники полного подчинения, только не активированные. Стоит произнести нужную кодовую фразу, и можно надевать на кого-либо.

– И что ты от меня хочешь? – не мог понять я всего этого кипиша. – Чтобы я снова надел их на вас четверых?

Иримэ потеряла дар речи. Согласен, шутка так себе, или даже перебор, но она меня уже достала. И не скажешь этой ушастой, что в местных реалиях я не просто дуб дубом, а ещё хуже. Видно, до неё это всё же дошло, и она глубоко вздохнула перед своим объяснением.

– Эти артефакты я нашла у второго эльфа, и он их спрятал так хорошо, что наткнулась на них совершенно случайно, когда снимала с него одежду.

– А зачем тебе его одежда, или мало одного голого эльфа и ты захотела посмотреть на ещё одного? – не удержался я, хотя и знал, что одежда, да и любая ткань в этом мире ценится прилично, а одеждой Халлона пришлось просто пожертвовать в воспитательных целях для положительного допроса. Но вот ничего не могу с собой поделать, рядом с ней у меня просто так получается. Может, сказывается наша разница в возрасте? Хи-хи.

В ответ на свою колкость получил уничтожающий взгляд, но дальше ушастая не пошла, и пришлось сделать примиряющий жест.

– Извини, продолжай.

На это Иримэ что-то фыркнула, но удивила. Легко поклонилась, и в её поклоне было самое настоящее уважение ко мне как её лорду и господину, но тем не менее не роняло и её достоинство. Твою мать! Выразила своё почтение и в то же время нахамила, да так, что и не придерёшься. Вот змея!

– Ладно. Так к чему такая таинственность?

– Я не знаю никого, кто бы ещё имел неактивированные артефакты! – выпалила ушастая.

– Сколько? – тут же спросил я. Люблю халяву.

– Что «сколько»? – не въехала Иримэ.

– Цена, говорю, какая, или есть ещё что-то?

Эльфийка, как истинная представительница женского пола, начала отвечать на последний вопрос:

– Да. Есть.

– И? – поторопил её, а то мы что-то заболтались. Время-то идёт, и остальные ушастые уже практически собрали лагерь.

– Они какие-то не такие и совсем новые! – выдала на едином дыхании эльфийка.

Вот тут и я присмотрелся к этим артефактам. Новенькие они были – не то слово! Они даже не имели маркировки! А это значило лишь одно: кто-то сам научился клепать эту гадость, и хорошо клепать. От оригинала отличие лишь в отсутствии маркировки и ниже классом, но всё же.

– Чьи они? То есть как ты думаешь, кто их смог сделать? – поправился я, увидев недоумевающее выражение лица ушастой.

– Не знаю, но не из леса точно. Орки также отпадают, как и гномы. Там не та магия, да и им это вовсе не по способностям.

– Тогда где этот ушастый их приобрёл?

– Не знаю, но нужно быть осторожнее на этой стороне. Мы здесь совсем ничего не знаем, и не хотелось бы попасть в неприятности по незнанию.

– Согласен. Другим говорила?

Иримэ кивнула, и я сказал:

– Попробую узнать у нашего гостя, может, он что-то знает, но надежды на это мало.

– Да, такие артефакты Халлон забрал бы себе в любом случае, но он может знать точки соприкосновения своего племянника.

Это было логично, и мы попытались узнать информацию у ушастого пленника, но вышел облом. Его племянник присоединился к мятежу только перед его началом, а до этого шлялся неизвестно где. Его отец был из высокородных, а мать – простая эльфийка, но тоже от высокородного отца. Такие эльфы как бы составляли прослойку между высокородными и простыми ушастыми и как члены Дома ценились чуть выше обычного эльфа. Правда, всё зависело от отца или матери, но нашему покойнику не повезло ни с одним из родителей, вот он и болтался, а где, никого это не интересовало.