Читаем Игрушка судьбы полностью

– Этого сказать не могу. Но расскажи мне о своей жизни здесь – вы с Джеймсом ладите? Думаю, да, судя по твоему положению.

Он подмигнул Морган, но она уловила некоторую напряженность в его тоне.

– Он очень заботливый и добрый, – осторожно ответила Морган. – Моя невестка – замечательная женщина, а графиня просто сама доброта. Люси только что родила еще одного ребенка, мальчика. Мне приходилось одной вести хозяйство в замке вплоть до последнего времени, но мне нравилось встречаться по различным делам с крестьянами и арендаторами.

– Ясно. – Он протянул ноги к огню. – А Френсис? Как ты уживаешься с этим неотесанным мужланом?

– Неплохо. – Она неожиданно рассердилась и даже слегка покраснела. – Он вовсе не мужлан, прекрасно образован и компетентен во многих областях.

Том удивленно приподнял бровь:

– О! Прошу прощения, я всего лишь пару раз беседовал с ним. Мне он показался грубым, как и все северяне. Вероятно, я его недооценил.

Морган предпочла не заметить иронии в голосе Тома.

– Он действительно производит такое впечатление. Но оно обманчиво, – горячо продолжала она, – я редко с ним вижусь. Они с Люси большую часть времени проводят на своей половине, кроме того, он часто уезжает.

Она наблюдала за реакцией Тома, но он не возражал и внимательно слушал.

– А что Нед? И Джейн? – сменила тему Морган.

Том пожал плечами:

– Нед все так же. Он принимал королевский двор в своем поместье в Гемпшире этим летом. Джейн возвратилась ко двору незадолго до моего отъезда из Англии.

– Я скучала по ней, – сказала Морган. – Она всегда на меня ворчала – по-доброму, конечно, – но мне нужна была ее поддержка больше, чем я думала.

Он уже собирался ответить, но тут какое-то движение за окном привлекло его внимание.

– Взгляни, Морган, по-моему, твой муж и зять вернулись. Они, должно быть, окоченели, как и я. Мы встретим их?

Они вышли в холл и ждали там, пока слуги спешили к дверям, впуская хозяев.

Джеймс довольно сухо и официально поздоровался с Томом, зато Френсис разразился целой серией добродушных шуток о незваных гостях. За ужином к мужчинам присоединилась Люси, графиня побеседовала с Томом в своих покоях, но к ужину не спустилась.

Ужин удался, даже Джеймс расслабился благодаря природному дружелюбию Тома и большому количеству вина, которое по распоряжению Френсиса слуги щедро подливали весь вечер. Люси явно была очарована обаятельным рыжеволосым придворным, Френсис же казался встревоженным. Да он ревнует, подумала Морган и едва не расхохоталась.

Было уже поздно, когда Френсис рассказал свой последний анекдот о неудачливом торговце. Люси выглядела утомленной и попросила извинить ее, объяснив, что после рождения ребенка стала быстро уставать. Том поцеловал кончики ее пальцев и сделал ей какой-то комплимент. Какой – Морган не расслышала, но Люси почему-то смутилась, а Френсис еще больше нахмурился.

Морган тоже устала, но она так давно не видела Тома, что ей не хотелось уходить. Однако Джеймс заметил, что, поскольку Люси ушла, Морган, без сомнения, тоже предпочла бы их оставить. Морган огрызнулась про себя, но сочла за благо не демонстрировать упрямства и не ставить мужа в дурацкое положение перед гостем. Пожелав всем доброй ночи, она улыбнулась Тому, а тот слегка приобнял ее на прощание.

– Покорнейше прошу простить меня, лорд Джеймс, – сказал Том с улыбкой. – Но поскольку Морган мне как сестра, я сохранил эту привилегию.

Джеймс сдержанно улыбнулся в ответ, когда Том поцеловал Морган в щеку, после чего она отправилась в спальню.

Но спала она в эту ночь плохо. Джеймс пришел спустя час; она сделала вид, что уже спит. Он, казалось, уснул сразу же и даже тихо захрапел. Морган же продолжала ворочаться в постели. Какое счастье, что они повидались с Томом. Хотя он и напомнил ей обо всех печальных событиях, предшествующих ее замужеству.

К началу декабря Морган уже с трудом поднималась по лестнице. Ее интерес к событиям вне дома уменьшался, по мере того как рос интерес к собственному телу и маленькому существу, созревавшему в нем. Она слышала, как Джеймс и Френсис обсуждают поездки агентов Кромвеля по монастырям. Эта инспекция началась еще летом. Кромвель был полон решимости дискредитировать клир и, по правде говоря, имел некоторые основания для своих обвинений. В аббатстве Уитби, неподалеку от Белфорда, настоятеля обвинили в пособничестве пиратам и получении части награбленного, а его слуги постоянно устраивали пьяные драки с рыбаками в городе. В Личфилде две монахини оказались беременными. В аббатстве Серн аббат содержал любовниц, а на средства церкви воспитывал незаконнорожденных детей. И таких примеров было множество, но Морган думала лишь о рождении ребенка и не обращала внимания на то, что происходило вне ее маленького мирка в Белфорде.