Читаем Игрушка для кардинала полностью

- Так много людей, - сказала Нейрис, продолжая осматривать толпу. К некоторому облегчению она не заметила на их лицах оттенка грусти или горя, только беспросветную скуку и усталость, которая одолевая любого человека, находящегося в стенах госучреждения. - Не похоже, что с ними что-то случилось...

- Сегодня так называемый день бдительных граждан, - ответил Стоун так, словно это все объясняло.

- И что это значит?

- Они приходят раз в три недели, чтобы указать на соседа, которого считают колдуном, или соседку-ведьму. Среди таких заявлений около девяноста процентов мусора, но иногда и попадаются вполне полезные наблюдения.

- А, - протянула магичка, люди моментально перестали ее волновать. - День невежественных стукачей, все ясно.

Лифт приехал, двери открылись, и они практически синхронно шагнули вперед, что привело к столкновению. Калеб тут же изобразил из себя джентльмена, и пропустил Нейрис первой.

Она нажала на кнопку четырнадцатого этажа.

- Кстати, там точно указанно где девочку похоронили?

- Да, в документах это есть.

Дверь почти закрылась, но в самый последний момент чья-то рука с длинными тонкими пальцами успела втиснуться между створками двери, механизм сработал безукоризненно, дверь снова открылась.

- Доброе утро.

Голос шестого кардинала Муна звучал приветливо, хотя выражение на птичьем лице выдавало некое разочарование от случайной встречи, которое, впрочем, он тут же спрятал, за маской дружелюбия. Следом за ним в кабинку протиснулся Рейдж. Нейрис невольно встретилась с ним взглядом, заметив, как два темных глаза, превратились в щелки, пристально изучающие ее.

- Доброе, - откликнулся Стоун. - С выходом, Рейдж.

- Спасибо... восьмой кардинал.

- Как ты себя чувствуешь?

- Лучше.

- Хорошо.

- Я тоже себя чувствую хорошо, Стоун, - Мун сделал вид, что убирает невидимые соринки на лацканах пиджака. - Даже после твоего чудесного отчета.

- Рад за вас, шестой кардинал, - он пожал плечами, сохраняя завидное самообладание. Самой Нейрис сделалось неуютно, она кожей чувствовала напряжение между мужчинами.

- Я думал, что вы с Рейджем были друзьями, может стоило быть немного помягче со старым приятелем?

У Калеба желваки заходили на щеках, но он ничего не ответил, сдержался. Когда двери открылись, Нейрис первая выскочила из кабинки, неторопливо за ней вышел Калеб, которому вдогонку что-то тихо сказал маг, но она не расслышала.

- Вы были друзьями? - их одинокие шаги эхом разнеслись по пустынному коридору.

- Мы вместе воспитывались и учились.

Магичка нахмурилась:

- Я думала он такой же, как и я...

- Нет.

Больше расспрашивать Нейрис не стала отчасти ей было любопытно, даже слишком, но лезть в душевные дела Стоуна она не хотела. Узнать его ближе - вполне могло означать то, что она проникнется к нему. А испытывать к врагу сочувствие или влечение - опасная роскошь.

В кабинете царил порядок, восьмой кардинал всегда тщательно все расставлял по местам, когда они уходили домой. Удивительно было и то, что в век высоких технологий основная часть информации все равно продолжала дублироваться на бумаге, многочисленные папки по делу и другим делам аккуратно покоились в стеллаже, забивая его с самого верха до низа.

- Надеюсь, нам не нужно будет все это перерывать?

- Нет, информация хранится здесь. - К облегчению магички, он указал на компьютер. - Сейчас выясним и поедем.

- Сразу? - удивилась она.

- А что тебе нужно подготовиться?

- Вообще-то, - она выдохнула, поднимая руки ладонями вверх, - если ты не забыл, я не могу колдовать... поэтому нам нужно найти того, кто это сможет...

***

- Я просто хочу подружиться с тобой, - не его губах сияет улыбка надежды, каждый раз, как он произносит эти слова.

Мальчику все еще страшно, он знает, что иногда Нечто, покидает Рейджа и тот на несколько дней становится прежним, но в это время ему всегда плохо. Последний раз его даже забрали в лазарет, а когда он поправился, Нечто снова вернулось за ним.

Опасения, высказанные наставнику, закончились тем, что мальчика мягко обвинили в излишнем воображение. Наставник сказал, что Рейду плохо лишь из-за того, что он крайне неумело расходует магический резерв и как только он обучится этому, то проблемы со здоровьем исчезнут.

Ему никто не верил. Мальчик чувствовал себя одиноким и испуганным, а еще очень скучал по матери, которая не приходила.

 Так он прожил еще два месяца, вплоть до того дня, как на улицах появилась первая слякоть. Тогда пришла она, им разрешили всего лишь час провести вместе. Её красивое лицо исхудало, она пыталась улыбаться, но не получалось, по щекам катились слезы, которые он аккуратно вытирал с её лица. Он обещал ей хорошо учиться и всегда слушаться, чтобы им разрешили еще раз встретиться и она все кивала, а по щекам продолжали катиться слезы.

- Я люблю тебя, Калеб, - сказала она на прощанье, крепко прижав к себе. - Люблю, этого ничто не изменит. - И отец тебя тоже любит очень сильно, я знаю, что даже сейчас он присматривает за тобой с небес...