Читаем Игрушка Дьявола полностью

Когда буквально находишься внутри клетки чьей-то воли, под руками и телом того, кто управляет твоим физическим наслаждением, ты не можешь не испытывать его сминающей и даже поглощающей энергетики. Ведь это он делает из тебя частью себя самого, продолжением своего безумия и всего того, что с тобой вытворяет. Заставляет стонать, выгибаться, дрожать и молить о пощаде, пока с особой жёсткостью и беспощадной варварской агрессией вбивается в тебя. Словно хочет продемонстрировать всем этим своё полное право на владение тобою и тем самым решая по собственной прихоти — карать или миловать.

Я и раньше видела и соприкасалась с его Зверем, чувствовала исходящую от него смертельную угрозу, но сегодня… Что-то изначально пошло “не так”. Будто он заразил меня или прыснул мне в кровь своего наркотического яда, дав прочувствовать ещё сильнее и глубже ту страсть и те желания, которые он так старательно все последние недели душил в себе. Да и сейчас я тоже это всё прекрасно ощущала. То, с каким неимоверным усилием ему приходилось сдерживаться, практически на грани неминуемого срыва, контролируя каждый свой удар, силу и глубину проникновения, а иногда и остроту подаренного мне наслаждения. Как и боль или сладость своих ласк и поцелуев.

Порой я и сама не могла различить, где я, а где он, словно и вправду слилась с ним всеми эрогенными нервами и единым, нарастающим всё больше и сильнее возбуждением. Не то что превращаясь в его руках в податливую игрушку, а, скорее, теряя собственный самоконтроль. Остервенело подмахивая ему снизу, в попытке насесть и вобрать его член так, как хочется мне, и как толкают на него мои личные врождённые инстинкты. Чувствуя при этом, как трясёт его внутреннего Зверя от нечеловеческой сдержанности, как вибрирует в нём и “рычит” свихнувшийся Дьявол, готовый в любое мгновение вырвать из меня и сердце, и душу. Только вместо защитного страха, меня несёт по бешеному течению животной похоти и одержимой страсти, бросает на моего убийцу и палача, как самоубийцу на ножи.

Я хватаюсь за него, как тонущий среди бушующей стихии — нашей стихии, созданной нашими обоюдными стараниями и нашим общим безумием. Задыхаюсь и заглушаю свои протяжные стоны под его губами и развратным языком, цепляюсь дрожащими пальцами за его мощную спину и ягодицы, как можно крепче обхватывая ногами его мускулистые бёдра, чтобы прижаться к нему ещё плотнее. Чтобы вжаться сладостным трением воспалёнными сосками и кожей в его влажные от пота грудь и живот, а перевозбуждённой промежностью в мошонку и выходящий из меня ненадолго упругий член. Я не просто на пределе и всего в нескольких ударах от долгожданного оргазма. Нет, я где-то намного дальше и выше всего этого. Потому что не хочу так скоро кончать. Потому что для меня всё это и есть один огромный, нереальный и нескончаемый экстаз-эйфория. Моё откровение, моё сумасшествие, мой персональный ад и рай.

Если бы это действительно было можно растянуть в бесконечность или заниматься этим хотя бы несколько часов подряд. Правда, не представляю, сколько бы мне хватило на это сил. Но Арслан опять решает всё за меня, тем самым дав понять, что всё это время он и оттягивал мой оргазм, а не я сама не желала так быстро кончать.

— Произнеси моё имя… Я хочу услышать, как ты кончаешь с ним на своих устах… Чтобы я видел, что я не только сейчас в тебе физически, но и в твоей голове тоже — под кожей, в крови и везде…

Он приподнимается надо мной, частично лишая своего тепла и тела, заглядывая при этом сверху через глаза в самую душу и ещё больше этим сковывая мою волю с временно обезличенной сущностью. Но при этом не останавливается. Лишь немного замедляет силу и скорость толчков, продолжая растирать моё влагалище более “щадящими”, но не менее невыносимыми проникновениями. Я практически не слышу, о чём он просит, вернее приказывает звериным рычанием. Скорее, чувствую его вибрацию с вложенным смыслом в каждом последующем ударе члена и, естественно, выгибаюсь, будто от прошибающего насквозь разряда тока. Но только эрогенного, бьющего по самым чувствительным точкам сладчайшими спазмами при весьма ощутимом трении его фаллоса об эластичные стенки моей вагины.

Меня просто плавит, буквально всю — от кончиков онемевших пальцев на ногах до одурманенного мозга. Я сейчас, где угодно, но только не в окружающей нас реальности, а в эпицентре нашей единой эйфории.

— Произнеси его!.. И не смей закрывать глаз, когда будешь кончать…

Кажется, это всё. Предел. Или что-то иное, чёткое определение чему я не знала до сей поры, потому что ничего подобного я никогда и ни с кем не испытывала.