Читаем Играем в «Спринт» полностью

— Мудрец он великий, ваш Стас. Больно многого хочет, — вернулся я к затронутой теме, хотя она и не приближала меня к цели визита.

— Это уж как водится, — заметил бармен нейтрально.

— Он что, всегда такой?

— Какой?

— Ну, нахрапом берет?

Витек пожал плечами, от чего бабочка на его шее взмахнула крыльями, собираясь взлететь, да передумала и осталась висеть под идеально выбритым подбородком.

— Сейчас пленка закончится, надо сменить, — сказал он, откладывая салфетку. — Извини…

Я сидел как раз напротив двери в подсобку и, когда Витек раздвинул бамбуковую занавеску, ясно различил в глубине помещения фигуру знакомой комплекции. Там, внутри, сидел Герась. Он мирно с кем-то беседовал, одновременно отхлебывая из горлышка пепси-колу. Удивляться нечему, это в порядке вещей — у них тут что-то вроде штаб-квартиры.

Я перебрался на соседний табурет. Не для того, чтобы спрятаться, а чтобы разглядеть, кто был вторым. Но мой расчет не оправдался: возвращаясь, Витек заслонил собой щель в занавеске.

Между тем грянула запись с последнего диска «Спейс». Девушки в углу задвигались поживей. К ним нетвердой походкой подошел парень и неуклюже запрыгал, водя руками вдоль туловища.

— Разговор у меня к тебе, Витек…

Я решил не оттягивать, ибо ситуация изменилась и в любой момент из подсобки мог выйти Герась, а свидетели мне были ни к чему.

— Хочу приобрести стоящую аппаратуру. Не поможешь?

— Что, деньжата завелись?

— Только мне фирма нужна и чтоб без обмана, — ушел я от ответа.

— А что конкретно тебя интересует? — Витек наклонился над стойкой. — «Панасоник»? «Джи Ви Си»? «Филипс»?

Откровенность и готовность к услугам с его стороны объяснялись не иначе как моей причастностью к делам Стаса, а также рекомендацией, которую дал мне Герась.

— Меня интересует «Шарп».

— Какой модели?

— Желательно последней.

— Стерео или моно?

— Стерео.

— С памятью? — Вопросы следовали один за другим и свидетельствовали о том, что возможности Витька практически беспредельны.

— С памятью, — на всякий случай подтвердил я.

— Неигранный, конечно?

— Конечно.

— О'кэй. — Он соорудил кольцо из большого и указательного пальцев, что означало «сделка состоялась». — Дня через два-три тебя устраивает?

— Устраивает.

— Неси бабки, сделаю в лучшем виде. — Витек поставил передо мной рюмку. — Что будешь пить?

— У меня с собой ни копейки, — напомнил я, обдумывая, как бы ловчее подвести разговор к главному.

— Неважно, я угощаю, — расщедрился он. — Такое дело полагается спрыснуть. Чего тебе налить?

— Ну, если угощаешь. — Я никогда не пил мартель и ткнул в соответствующую бутылку.

Он поцокал языком и отрицательно покачал головой. Жалко, что ли, стало? Я указал на стоящий рядом литровый сосуд с болгарским вермутом.

— Чудак, в них же вода! — рассмеялся Витек. — Обыкновенная водопроводная вода. Приличное пойло я в заначке держу — только для друзей и по повышенному тарифу.

— Ну ты и химик! — вырвалось у меня.

— А то как же, — не обиделся Витек. — Чего добру зря пропадать. Так тебе водку или коньяк?

— Все равно. — Я понял, что еще не удостоен чести считаться его другом и что, следовательно, не могу претендовать на его личные запасы. — Кстати, сколько будет стоить «Шарп»?

— Две с половиной, — ответил он и наполнил рюмку.

— Две с половиной?! Это дорого.

— Дорого?! — Витек безусловно знал свой потолок, но уж здесь не терпел других авторитетов. — А сколько ж ты хотел? Стерео! С памятью! В упаковке! И пара кассет в придачу…

— Дорого, — повторил я. — Кузя за свой дешевле платил.

— А ты откуда знаешь?

— Он говорил.

— Что там он говорил! — раздраженно бросил Витек. — Я сам ему ту машину доставал, лично. В ней дефект был: автостоп не работал, и клавишу записи заедало, а цена та же.

Он явно химичил, как и со своей псевдоалкогольной коллекцией, но теперь это не имело никакого значения.

— Кузе сбавил, — сказал я, — и мне сбавь.

— Да не сбавлял я ему, не сбавлял! Ты бы его поменьше слушал, трепач он был, каких мало. Если на то пошло, магнитофон ему вообще даром достался… — Витек сообразил, что поверить в его альтруизм, мягко выражаясь, трудно, и внес поправку: — То есть почти даром. В долг он брал. Стас за него платил.

— Неважно, кто платил. Важно сколько. — Я изо всех сил старался не выдать обуявшую меня радость. — Сергей сказал, что вернул все долги. Значит, он и платил.

— Вернул?! — не на шутку возмутился бармен. — Из каких же это капиталов он их вернул? Из зарплаты?

— У него «Спринт» выигрышный был.

— Нашел, что вспомнить! Он свой выигрыш за месяц спустил, промотал до последнего пфеннига. А потом нищим ходил. Что ему босс подкинет, тем и сыт бывал. У меня же штаны клянчил, торговался за каждый рубль.

— Ты что-то путаешь, — подзадорил его я. — У Кузи деньги водились, это факт.