Потом я услышала еще один звук. Странно. Кто-то из детей определенно не спал.

Снова шум, уже громче. Как будто передвигали кровать.

И наконец что-то вроде приглушенного вскрика. Уж не мерещится ли?

Я быстро поднялась и поспешила к двери.

Остановилась. Прислушалась.

Ничего.

И вдруг еще один приглушенный вскрик. Только где-то дальше. Определить, где именно, я не могла. Алли? Может быть, Алли проснулся?

Я побежала к лестнице. Свет был выключен, и я снова его включила.

В коридоре никого. Ни Алли. Ни Дженни.

Ложная тревога? Возможно. Когда живешь в уединенном месте, всегда что-то мерещится. И обычно по ночам. То половица скрипнет, то ставня стукнет, то ветка ударит по стеклу.

И все-таки я решила проверить. Может быть, кому-то стало плохо. Может, кого-то мучает кошмар. У моих детей всякое случалось.

Я осторожно приоткрыла дверь в спальню Дженни.

Комната была пуста! Дженни исчезла!

Я промчалась по коридору к следующей спальне, той, окно которой выходило во двор.

Распахнула дверь.

Алли тоже не было!

Глава 120

Всему есть какое-то разумное объяснение. Должно быть.

Но меня уже трясло от страха.

Я снова пробежала по коридору.

— Дженни? Алли? Что случилось?

Я вбежала в гостиную, зацепившись за столик, на котором лежала стопка книг. Книги посыпались на пол.

Я повернулась и замерла. Все замерло. Все остановилось. Время остановилось. Понятия о прогрессе, справедливости и доброте перестали существовать.

В углу комнаты стоял Уилл с моими детьми.

Даже черные волосы и бородка не помешали мне мгновенно узнать его. Это был Уилл.

В руке он держал револьвер, и дуло смотрело на Дженни и Алли.

— Привет, Мэгги. Давненько не виделись, да? — Само спокойствие. Полный психопат. — Рад тебя видеть.

— Вы в порядке? — спросила я у детей.

— Мы в порядке, мама, — ответила Дженни. — Мы в порядке. Все нормально.

— Конечно, они в порядке, — сказал Уилл. — А в чем проблема? Ты разве не слышала о праве на посещение?

Я прошла в комнату. Сердце колотилось и не желало успокаиваться.

Уилл здесь. Уилл жив!

— Я ненавижу тебя!

Может быть, не следовало это говорить, но я не удержалась.

— Я тебя тоже, дорогая. И даже еще сильнее. Потому-то и пришел. — Он улыбнулся. — Давно и сильно. Давно и сильно. Ненавижу.

Я заставила себя собраться и успокоиться и посмотрела на него.

— Как ты посмел сюда явиться? После всего, что случилось.

— О, у меня много причин. Во-первых, чтобы заглянуть в твои глаза. Увидеть смятение и страх. Мне нравится, когда я это вижу. Мне становится так хорошо.

— Это потому что ты трус.

Я сказала, что думала.

— Несомненно. Ты, пожалуй, права. Но потому-то я и пришел. Мне страшно жить так, как я живу. Вот.

— Ты ничего им не сделаешь. Пальцем не тронешь. Зачем они тебе?

Уилл пожал плечами:

— Зачем? Потому что. Потому что они твои. Потому что из-за тебя мне стало еще хуже, чем было. До тебя я мог жить. А теперь замолчи. Я серьезно. Заткнись!

Он навел револьвер на Алли. Мой маленький мальчик старался не расплакаться, но уже начал дрожать. И я ничем не могла ему помочь.

Все молчали. Выждав паузу, Уилл улыбнулся и одобрительно кивнул. Сукин сын. Пусть чувствует, что контролирует ситуацию.

— Вот теперь хорошо. А дальше мы сделаем вот что. Вы все ляжете на пол. Лицом вниз. И будете лежать очень тихо. Ну что, Алли, поиграем? Всем лечь!

— А кто ты такой? Чего раскомандовался? — Дженни вдруг повернулась и закричала на него. — Тебе надо, чтобы мы легли? Так легче убивать, да? Ты ведь для этого сюда пришел? Дрянь! Кусок дерьма!

— Дженни!

Я попыталась успокоить ее, но вдруг поняла, что делает моя дочь. По крайней мере мне показалось, что я ее поняла.

— Мы ничего не станем делать! — следуя примеру дочери, закричала я. — Ты нам противен! Мы тебя ненавидим!

— Мы тебя ненавидим! — присоединилась ко мне Дженни.

— Мы тебя ненавидим! — поддержал нас Алли.

Внезапно Дженни бросилась на Уилла, а я ухватилась за револьвер и рванула оружие на себя. Обеими руками! Изо всей силы!

Одновременно я согнула ногу и ударила его коленом в пах.

Уилл охнул и разжал пальцы. Я выхватила револьвер.

Теперь оружие было у меня. Но что дальше? Что делать?

Я поспешно отступила от Уилла. Почти к самой стене.

Дженни и Алли тоже отбежали от него.

— Быстрее, быстрее. Уходите отсюда. Дженни, вызови полицию. Позвони девять-один-один. Поторопись. Пожалуйста. Идите!

Уилл поднял голову и посмотрел на меня. Вид у него был немного растерянный, как будто его планом такой поворот событий не был предусмотрен. Потом он улыбнулся той хорошо знакомой мне улыбкой, которой всегда умело пользовался. Сейчас это была улыбка убийцы.

— Ну надо же, — вздохнув, сказал Уилл. — Опять не так, как надо. Но хороший нападающий должен уметь импровизировать. Конечно, Мэгги, тебя футбол никогда не привлекал, а то бы ты знала, что для истинного форварда команды не существует. Для него нет ни побед, ни поражений. У него есть только одна цель — гол.

— Вот что, Уилл, — сказала я, — теперь ты заткнись!

— Ты знаешь, какая цель у меня сегодня, Мэгги? Ты уже поняла?

— Да, поняла. Убить нас всех. Дженни, пожалуйста, иди. Алли, иди! Быстро! Дженни, позвони в полицию.