Уилл выскочил в главную дверь, и я поспешила за ним. Поначалу ничего, кроме черных силуэтов деревьев, видно не было, но из темноты доносились его шаги.

Я наткнулась на что-то и больно ударилась коленом, однако сумела устоять на ногах.

И вдруг — тишина! Никаких шагов.

Я испугалась. Похолодела. Перед глазами снова и снова вставала жуткая картина: Уилл перед кроватью Дженни. Выражение его глаз.

Было тихо. Слишком тихо. Я не слышала и не видела Уилла. Что он делает в темноте?

Набежавшие облака скрыли луну, погрузив двор в полный мрак. Я не могла стоять на улице. Нужно вернуться в дом.

А что, если он перехитрил меня и успел проникнуть в дом и подняться к Дженни? Я не знала, что и делать.

Вглядываясь в темноту, я вспомнила, как лежала когда-то под верандой в доме неподалеку от Вест-Пойнта. Вот и все. Мой кошмар завершил круг.

Тишина.

Тьма.

Холод.

Меня трясло.

— Дура! Тупая сучка! Ты предала меня!

Уилл с диким криком набросился на меня сзади. Его руки сдавили горло. Я сопротивлялась изо всех сил. Он ударил меня в лицо и сбил с ног. Я попыталась подняться с колен, и тогда он снова ударил меня. На этот раз уже ногой. По ребрам. И еще раз. Наверное, он сломал мне ребро. Или даже несколько. Боль была просто жуткая.

Я упала на жесткую, холодную землю.

Ружье выстрелило, и звук выстрела перекрыл мои крики и заглушил бы даже раскат грома. Я перекатилась на живот. В следующий момент в глазах потемнело, и я упала лицом на влажные стылые листья.

Глава 86

Я не знаю.

Не знаю.

Я действительно не знаю, что случилось в ту роковую ночь 17 декабря. Застрелила ли я Уилла? Выманила наружу и застрелила? Говорят, что именно так все и было. Виновна ли я в убийстве? В двух убийствах? А если в двух, то почему не в трех?

Неужели правы те, кто называет меня убийцей? Черной вдовой из Бедфорда?

Может быть, я и впрямь сошла с ума. Похоже на то. Если так, то все это ужасно несправедливо. Ужасно. Несправедливо.

Но жизнь далеко не всегда справедлива.

* * *

Я пришла в себя на своей собственной кровати и обнаружила, что лежу, зарывшись лицом в подушку, а в боку пульсирует страшная, сводящая с ума боль. Чувство было такое, словно меня долго избивали лопатой. В голове что-то громко трещало и ломалось.

Кошмарные образы врывались в сознание, и у меня не было сил их остановить.

Кто выстрелил из ружья?

Дженни, подумала я. Надо добраться до Дженни. И Алли. Вслед за жуткими картинами в сознание вторгся пронзительный крик. Сначала я решила, что этот шум существует только в моей голове, но потом поняла — источник находится вне меня.

Чьи голоса звучат в моем доме? Что вообще происходит?

Поднять веки оказалось невероятно трудным делом. Малейшее их движение причиняло острую, как от бритвы, боль.

Другая боль, не столь острая, но не менее сильная, ножом резала ребра.

Я все же заставила себя открыть глаза и тут же закрыла их. Яркий свет бил в лицо.

Кто включил лампу?

С лестницы послышались шаги. Уилл!

Я попыталась сесть и не смогла. Огненно-желтый шар пронесся перед глазами, как будто небо прочертила раскаленная молния.

Но я все же открыла глаза. И различила плотного чернокожего мужчину в темном костюме, белой рубашке и галстуке. Он стоял возле кровати и смотрел на меня сверху вниз. В нем было, наверное, футов семь роста. Очки в роговой оправе казались слишком маленькими для гигантской головы.

Незнакомец смотрел на меня с каким-то странным выражением.

Что он делает в моей спальне? Или я в больнице? Похоже, что именно там.

— Вы Мэгги Брэдфорд?

Я попыталась кивнуть, попыталась понять, что происходит и где я. Может, меня перенесло в прошлое?

— Мы нашли вас во дворе и перенесли сюда, — продолжил чернокожий незнакомец и помахал у меня перед лицом каким-то значком.

Я лишь заметила что-то золотистое и синее.

— Я — Эммет Хармон, начальник полиции Бедфорда. Громкий голос гулким эхом отдавался у меня в голове. Начальник полиции Бедфорда?

О Господи. Что же произошло? Дженни? Алли?

— Что вы здесь делаете? Пожалуйста, скажите, где мои дети? — прошептала я, преодолевая боль в горле.

— Мэгги Брэдфорд, вы арестованы за убийство вашего мужа, Уилла Шеппарда. У вас есть право молчать.

Книга пятая

Суд и ошибка

Глава 87

— Мисс Норма Брин?

— Да. С кем я разговариваю?

— Меня зовут Барри Кан.

— Что вы говорите! Ну и ну! Сам Барри Кан. Певец?

— Точно.

— Вы мне жутко нравитесь. По крайней мере ваши песни. Чем могу вам помочь?

— У меня все в порядке, но нам нужна ваша помощь.

— Нам?

— Нас двое. Натан Бейлфорд и я.

— Натан! И чем, черт возьми, занят Натан?

— Ведет защиту Мэгги Брэдфорд.

— Да. Я о ней слышала. Нелегкое у него дело.

— Мы хотим нанять вас. Хотим, чтобы вы поработали на нас. Натан говорит, вы лучший сыщик из всех, кого он знает.

— Я и впрямь очень хороша, но в данном случае это не имеет большого значения. Дело-то ведь, насколько мне известно, ясно и почти закрыто, разве нет? По крайней мере так я слышала.

— У нас другая точка зрения. Натан полагает, что в этом деле далеко не все ясно, так что закрывать его еще рано.