Невероятно. Ключ все еще работал в скрытом режиме. Линн пошла обратно во времени и быстро нашла последний вход, всего один день назад. Отметила имя пользователя и пароль, отключилась от VPN-туннеля и сервера «Антифашистов». И начала действовать.

Она чуть не подпрыгнула на стуле, когда кто-то кашлянул с ней рядом. Дама в больничной одежде. Взгляд на экран показал, что прошло сорок минут.

– Тебе еще много? Я могу прийти потом, мне бы только приблизительно знать когда.

Линн помотала головой. Увидела, что все компьютеры в зале были заняты.

– Нет-нет, садись сюда. Думаю, что я сделала более чем достаточно. Дай мне пару минут, чтобы закончить.

Ей осталось сделать последний шаг. Но у них давненько не было никаких контактов. И все же она решилась. Открыла свой Hushmail, зашифровала сообщение и использовала псевдоним Вольтарина де Клер[52].

Она одна не в состоянии успеть сделать все. Ей нужна была помощь. Мейл ушел к одному из тех, кто был в числе ее ближайших друзей в период ее наибольшей активности. Человек, на которого она рассчитывала, которому доверяла и которого по-прежнему числила среди друзей: координатор «Антифашистов» в Геттингене, в Германии. Алиас Винстон Смит. У них были ресурсы, чтобы помочь ей с изучением «Патриотического фронта» и датской связи. Если это понадобится. Но в любом случае лучше опережение хоть на шаг. Она вышла из всех систем, вытащила стул даме, которая ждала, когда освободится компьютер, и покинула больницу. Этого должно пока хватить, думала она. Если нет, то она всегда может вернуться к тому, на чем остановилась, и продолжать выстраивать дальше то, что она начала. Но костяшки домино могут начать падать в любой момент.

Глава 25

Манфред Рихтер беспокойно ходил взад и вперед по тесному офису, уставленному картонными коробками, на улице Грев Турегатан, и останавливался только за тем, чтобы глотнуть из банки с энергетическим напитком. Мозги работали на полную катушку, но все же он никак не мог решить, что делать. Снова посмотрел на часы. С того момента, когда он заметил мейл, прошел час. Скоро люди начнут уходить с работы домой.

Он должен принять решение.

Он еще раз внимательно прочел мейл, который плюхнулся в почтовый ящик «Скрытой правды». И не потому, что не понял с первого раза, о чем речь. Нет. А предвидеть, какими будут последствия, вот что было трудным. Он колебался. Ясно было только, что что-то пошло не так и что ему придется этим заняться вплотную. Ему хотелось, чтобы рядом был кто-то, с кем он мог бы посоветоваться.

Само собой разумеется, он прекрасно знал, что работает на «Патриотический фронт» вместе со своим товарищем Карлом-Фредриком Эскильссоном, который еще не вернулся с перерыва на обед. Они отвечали за новостной сайт организации. Он гордился тем, что он делал, хотя они были не одни, а в «хорошей компании» с похожими сайтами, такими как Avpixlat[53] и Fria tider[54]. Особенно важной делало его работу то, что они выкладывали фотографии, не ретушируя их, публиковали суггестивные заголовки, внушающие читателям определенные взгляды, но у них было и, так сказать, научное направление. Манфред Рихтер и его коллеги пытались, насколько возможно, подкрепить и усилить аргументы против мультикультурализма, ссылаясь на научные исследования и статистику.

Даже если его читатели всегда и с самого начала и разделяли его взгляды, все же было приятно осознавать, что их публикации были не высосаны из пальца, а могли быть подтверждены с помощью, например, утечки информации из правоохранительных органов: что беззубая правовая система не смогла осудить какого-то негра. Или тексты ревизионистских ученых типа Дэвида Ирвинга[55] о «подлинной сущности евреев». Или, пользуясь закрытыми делами, писали, что «мигрант А» был на самом деле невиновен, а виноват был «мигрант Б», будто кого-то интересует эта разница. Короче говоря, они рассказывали людям правду. Ту правду, которую от них скрывали.

В качестве редактора он отвечал еще и за координацию сотен неоплачиваемых фрилансеров. Обычных приятных парней, вносивших свою лепту не за деньги, а по идейным соображениям. Но в остальном он почти ничего не знал о структуре предприятия, кроме того немногого, что видел, когда пил с ними пиво на кик-офф-встречах и знакомился с участниками разных проектов.

И все же нетрудно было понять, что случившееся – просто катастрофа. Содержание мейла комиссара уголовной полиции Рикарда Стенландера, который послал или переслал им эту информацию по ошибке, было однозначным.

Того, кого он знал раньше только как Лидера, звали Йорген Кранц.

Согласно мейлу, его услуги оплачивала полиция. Тайный осведомитель.