Читаем Игра случая полностью

— Кстати, не пропустите прогулку на катере сегодня. Ваши соседи по бунгало уже записались, — Анатолий взглядом показал на столик, за которым сидели Тим и его мама Вероника. Галина и Виктор познакомились с ними вчера при заселении. Женщины даже успели немного пообщаться в тот же вечер за чаем. Тим, заметив что хозяин гостиницы смотрит в его сторону, радушно помахал рукой.

Виктор помахал в ответ:

— Привет, Тим!

Наконец дошла очередь до еды, и Виктор театрально воткнул вилку в аппетитный кусок рыбы.

Вероника была в хорошем настроении. При свете дня все оказалось даже лучше, чем было вчера. Они заселились в бунгало, специально выделенное для участников йога-тура. «Наверное, это лучший номер с видом на водопад», — Вероника с трудом оторвалась от окна, чтобы пойти в ресторан…

Быстро проглотив завтрак, Тим спросил:

— М-мам, я н-наелся, с-сбегаю б-быстро к м-морю?

— Мне страшно тебя отпускать одного туда. Это даже не море, а океан! Не бассейн около дома. Ты не знаешь какое дно.

— Я б-буду осторожно с-себя вести.

— Океан опасен. Ты так хочешь увидеть своих рыбок? Мы их на прогулке на катере посмотрим.

— М-маам. Я хочу сейчас сам п-посмотреть.

— Ладно, беги. Будь осторожнее!

Тимофей кивнул и побежал на берег. Он не мог поверить, что находится в Таиланде на острове: «Как же клево!»

Ночью ему снились рыбки, дно океана, все, что видел на яхте. Они с отцом часто смотрели канал National Geographic, где показывали природу разных мест обитания.

Мама смеялась над ним и папой, когда они ежились от холода в 15 градусов. Говорила, что уж на ее родине, это так, ерунда, а он не понимал ее слов. Например, что такое санки-ледянки…

Все хотят стать крутыми, а он не мог. То ли заикание причина, то ли прозвище «Disabled».

«Как же здесь всё-таки здорово! Какой водопад рядом с бунгало! И как хочется опуститься на дно океана и увидеть все вживую, а не через пол яхты!»

Тем временем к Веронике за столик подсел радушный Анатолий и предложил:

— Миссис Осборн, могу вам порекомендовать погружение, ваш сын всем уши про рыбок прожужжал? Как вам наш остров?

— Изумительная красота, у вас есть экскурсия по острову? Да, погружение обязательно обсудим. Надеюсь, у вас хорошие специалисты!

— Прекрасный выбор, но должен заметить, есть коралловый риф, он ядовит, а ваш мальчик…

— Ох, не хотелось бы… Но вы можете организовать так, чтобы моему сыну ничего не грозило? Только положительные эмоции, иначе…

— Что вы, Вероника, репутация для нас всё. Мы можем гарантировать, что погружение пройдет в самом безопасном месте, и вашему мальчику ничего не будет угрожать.

— Я согласна только на таких условиях.

За соседним столиком Нина рассеянно гоняла кусочек манго по тарелке. Детство и юность художественной гимнастки приучили ее к мысли, что еда скорее враг, чем друг. Гимнастика давно осталась в прошлом, а вот любовь к еде так и не пришла. Когда она только приехала работать на остров, то была в восторге от обилия диковинных фруктов прекрасного качества. На родине видела такие только на картинках или на полках супермаркетов накануне Нового года, но их вкус всегда разочаровывал, словно они сделаны из пластика и воска.

Одна радость была в ее жизни — сын Илья. Хотя и он теперь совсем отбился от рук: дерзил, хамил, не слушался, и всячески разрушал ее попытки достигнуть душевного спокойствия. Нина надеялась, что это просто подростковое, временное, и как гадкий утенок в сказке Андерсена превратился в прекрасного лебедя, так и ее дерзкий подросток когда-нибудь превратится в доброго и достойного мужчину.

Сейчас он сидел напротив нее и так же гипнотизировал еду на тарелке, не прикасаясь к ней. «Дети — наше отражение», — думала Нина, любуясь уже почти совсем взрослым сыном.

— Илья, поешь! — терпеливо уговаривала она.

— В меня с утра не лезет, — упрямился сын.

— В тебя никогда не лезет! А витамины где будешь брать? Нельзя так мало есть!

— Тебе всегда все не так! — вспыхнул на ровном месте Илья. Вскочил со стула и убежал в сторону пляжа.

Нина вздохнула. И так каждый день. Любая ее фраза, даже сама нейтральная, всегда имела эффект зажженной спички, брошенной в бочку пороха. Нина снова вздохнула, глотнула остывший кофе и принялась разглядывать соседей за столиками.

Официантка Лада сервировала завтрак и тоже украдкой бросала взгляды на новых туристов. Особенно ее интересовали одинокие мужчины. Поначалу, когда она только получила полугодовой контракт на работу на острове, Лада думала, что сорвала джекпот. После ее унылого шахтерского городка, в котором она провела 30 лет жизни, остров казался раем.

Ее глаза, привыкшие к серо-коричневой гамме, сначала будто ослепли от десятков оттенков зеленого. Ей казалась, что она вырвалась из ада — мрачного места, где угольная пыль скрипит на зубах и забивается в каждую пору тела. Где все пронизано безысходностью тяжелого опасного труда днем и пьянства всего мужского населения города по вечерам. Если бы у этого города был девиз, наверняка он звучал бы как: «Уголь — это мы».