Читаем Игра случая полностью

Представь себе толстую книгу, которую пропустили через бумагорезательную машину, перемешали и бросили. Находя отдельные кусочки очень сложно представить: о чем же была книга. Дело сдвинулось лишь когда неподалеку от вашей визитницы нашли пещеры, в которых этих табличек было много. Очень много. Целая библиотека. Потом кто-то попробовал найти закономерности. Лет пятнадцать назад мы уже знали, что на этих табличках записана информация и смогли часть ее расшифровать. Но… Это никому не интересно кроме некоторых фанатиков вроде Шамана. Теперь же получается, что расшифровкой нужно заниматься основательно. Но это колоссальный труд. Вряд ли найдется много желающих с этим возиться, слишком много работы. Да и добывать в пещерах эти таблички довольно сложно. Даже опасно. Пещеры старые, что-то вроде полуобрушившихся катакомб с бесконечными ходами и провалами, залитыми водой залами и так далее.

— И ничего нельзя сделать?

— Здесь — нет. Человек пять от силы в поселке, может быть, захотят этим заняться. Я попробую зазвать сюда людей с других визитниц. Но им нужно будет где-то жить и что-то есть. В общем, нужно хорошо подумать, как все организовать…

— А если я предложу свою помощь?

— Попробуй поговорить с Шаманом. Работ много и очень разных. Добыча табличек, их копирование, расшифровка… Нужно накопить много материала, чтобы отправить на Землю — там, с помощью интеллект-машин можно будет и быстрее расшифровать, и найти вторые, третьи и так далее смыслы.

— Какие смыслы?

— То, что уже успели расшифровать — это фрагменты… неких историй. Все очень иносказательно. Как сказки или мифы. Но чтобы понять их, нужно знать контекст. Иметь опоры, за которые можно зацепиться. А мы совсем не представляем себе ту древнюю цивилизацию, не знаем, что у них было обычным, не нуждалось в пояснениях и расшифровках?

Вот, помню, например, одну из первых расшифрованных фраз: «когда Вэй пал, начиналась варка варева». Только года через два установили, что это Вэй — это их название убывающей Луны. То есть «Вэй падёт» — это просто новолуние. И что у них не было единого понятия «Луна» как у нас, а были: Олау — растущий серп, Гау — полная луна, Вэй — убывающий серп, Кхрак — новолуние. И так во всем. Кстати, что за варево, которое надо варить — не расшифровали до сих пор, предположительно, какой-то сок…

— Может, это просто кулинарная книга?

— Это вряд ли. Хотя, все может быть. Если это не одна единая инструкция, как общаться с Духом планеты, то на табличках может быть все, что угодно. Например, библиотека. Только вот все таблички у нас получаются, как страницы из разных книг. Даже не страницы — строчки. Не больше восьми слов на одной табличке, а иногда и меньше.

— А… Нумерации какой-то нет?

— Скорее, вид табличек. Видишь, они как игральные карты. Рисунки только на одной стороне. А вот оборотная сторона у разных экземпляров может отличаться. Систематизацией занимался один археолог, супруг Алин, а сейчас она сама пытается в этом как-то разобраться. Ты уже с ней познакомилась?

Ника покачала головой:

— Нет, но мне о ней рассказывали…

— Она сейчас у Шамана или скоро придет туда. Советую с ней познакомиться, она тебе больше расскажет и покажет. Потом уже решишь, готова ли ты связываться с этим делом… Мне бы хотелось, чтобы ты увлеклась им, у нас слишком мало голов и рук, чтобы все охватить, так что любой энтузиаст будет в помощь.

Задумчиво покрутив табличку в руках, Ника вернула ее Страннику:

— Я подумаю.

Утром на Тихом острове спящих разбудило солнце. Здесь, на Набхи, оно было ярко желтого цвета. И почти сразу — радостное известие: связь восстановилась! Дух планеты угомонился, можно возвращаться!

Лагерь ожил и загомонил. Разговоры крутились вокруг страшной ночи и Духа, задобренного старым Шаманом.

Люди упаковывали вещи, грузились обратно в лодку, сворачивали лагерь. Море было спокойное, как будто ночью и не было никакого шторма. Дети проснулись — все, кроме малыша Дюшона. Лиалия просила их вести себя потише:

— Пусть ребенок хорошенько выспится, а то вдруг ему какой новый вещий сон приснится, как тогда, про гору.

Все понимающе улыбались и собирали вещи. Нет, не надо больше никаких плохих снов. Все очень хотели домой.

— А ты знаешь, что Набхи — другое название энергетического центра Манипуры? — Сэм взяла Йурия за руку. — В ней заложен принцип, ведущий людей в течение многих жизней по пути эволюции, принцип чистоты и праведности, семейных отношений и физического благополучия.

— Что это значит, Сэм? Ты делаешь мне предложение?

— Нууу… — замялась девушка. — Может это и неправильно, но я… намекаю.

— Намек понял! — отрапортовал Йурий.

Время и место были не слишком уместными, никакой торжественности, да и кольца не было, но разве это проблема для двух любящих сердец? Он повернулся вокруг в поисках чего-нибудь подходящего. Арес, сын Алин, держал в ручках листочек и задумчиво смотрел на него.

— О чем думаешь, малыш? — Учитель опустился к ребенку.