Читаем Игра правил полностью

— Я тебе не о ксенофобии говорю, — недовольный голос В вернул меня в разговор. — Я согласен, что любые шовинистские теории и всевозможные классификации, возвышающие одних людей над другими, — невежественный антинаучный бред. Тот факт, что геном у каждого вида животных и растений одинаков в своих основополагающих чертах — мне предельно понятно. Но я говорю не об этом. С недавнего времени несостоятельность моногенизма в современном научном сообществе не вызывает сомнений. Линейная модель, где виды якобы сменяли друг друга и где из австралопитека получился эргастер, а из него эректус, породивший неандертальца, после которого появились мы, сапиенсы, является заблуждением. Разные человеческие виды сосуществовали одновременно. Одно только то, что больному нельзя пересаживать костный мозг от человека другой расы, вдребезги разбивает любую сказку о моногенизме и «общем предке». Имеет смысл вести речь об однозначном полигенизме и наличии у современных людей разных предков. Взаимосвязи даже между семействами лягушек всё ещё находятся под большим вопросом, не говоря про взаимосвязи людей разных рас. И даже если не вдаваться в дебри дискуссии о моногенизме или полигенизме, то гаплогруппы — это вполне научный термин. И естественные различия между народами, даже чисто внешние — никто не отменял. Меня интересует простой вопрос: для чего ЗУМу такое различие между людьми и почему оно есть, если все люди якобы «большой единый механизм», стремящийся к гармоничному существованию, любви и прочей хреноте?