Читаем Игра правил полностью

— Мало того, — резво заговорил Мотя, — что я читал Грибова. Так я даже знаю, что за несколько лет до Хокинга Владимир Наумович Грибов открыл излучение частиц чёрными дырами, счёл его «само собой разумеющимся» и явно вытекающим из имеющейся в ОТО модели пространства явлением, и оттого не опубликовал свою работу на эту тему. Впрочем, как это часто бывает у поистине талантливых изобретателей, когда само свершение дела для них важнее криков о свершённом деле и одобрения окружающих. И лекции столь великого человека, как Владимир Наумович, переведены на многие языки и издаются, в том числе, и в Кембридже. Поэтому спасибо за совет, но с твоего позволения, в своих рассуждениях я предпочёл бы выйти за рамки релятивистской инвариантности, играющей в классическом научном подходе фундаментальную роль при поисках новых физических закономерностей и строго ограничивающей собой допустимые физические уравнения. В этой связи хотел бы заметить, что я никогда не «болтаю, не подумав», — отбивался Мотя, — ты меня с кем-то путаешь. Хотя, уверен, что не путаешь, а просто, как всегда, сболтнул, не подумав.

— Симметричные обвинения в стиле «сам такой», — брезгливо поморщился В, — у нас даже в начальных классах были уже непопулярны и считались признаком скудоумия. Но для человека, отрицающего закон всемирного тяготения и отбрасывающего в своих рассуждениях релятивистскую инвариантность, такие контраргументы, как видится, в самую пору!

— А у нас в начальных классах дети другими вещами интересовались, и даже изощрённые оскорбления друг друга считались чем-то зазорным. А у тебя, как видится, «оскорбления собеседника» и по сей день вызывают наибольший интерес. Настолько огромный, что даже разговор про эфир его не перебивает.

А вот этот ответ уже был куда более увесистым. Во втором раунде словесных препираний я бы отдал победу Моте!

— Ранимость во взаимных колкостях, — не унимаясь, продолжал с ухмылкой В, — оголяет комплексы человека. Что, собственно говоря, ты своей обидой наглядно и демонстрируешь. Как можно говорить о таких серьёзных вещах, как глубинные нюансы окружающего пространства, с человеком, не способным изучить даже самого себя и разобраться в своих насущных проблемах?

— В общем, ты будешь по теме говорить или как всегда? — то ли не нашедший адекватного ответа на столь тяжеловесный укол, то ли попросту уставший от бесконечных препираний Мотя решил свернуть в сторону предметного разговора на поднятую тему.

— А мне-то что говорить? — язвил В. — Это ты говори. Ты же вызвался про гравитационный и несущий заряд эфир рассказывать. Я весь внимание.

— Ну и славненько, что внимание, — с остаточными нотками ёрничанья отвечал Мотя. — Так вот по поводу состава эфира. Даже исходя из логики Стандартной модели, можно выдвинуть соображения о составной природе ныне известных фундаментальных фермионов. И что в эфире явно содержатся частицы меньшие, чем те, что сегодня принято считать неделимыми фундаментальными бесструктурными элементарными частицами. Можно допустить, что в эфире содержатся некие субчастицы, заполняющие всё окружающее пространство наряду с более сложными частицами. И идея композитности фундаментальных частиц Стандартной модели не нова.

— Какие ещё «соображения», — недоверчиво ворчал В, — указывающие на композитность фундаментальных фермионов, могут быть выдвинуты, исходя «из логики» Стандартной модели?