Читаем Игра одиннадцати полностью

Участнику, прошедшему предварительный этап анкетирования, до подведения итогов конкурсной программы запрещается разглашение ее условий любыми способами, в том числе путем передачи сообщений, публикации изображений и сканов или иными способами по любым каналам связи.

В случае разглашения участником информации на любом этапе отбора до начала игры участник исключается из игры без права повторной заявки.

Участник принимает на себя все риски участия в игре, в том числе связанные с причинением вреда здоровью и летальным исходом.

Никакие претензии, связанные с ходом игры, местоположением, испытаниями, не могут быть предъявлены к организаторам. Все риски лежат исключительно на участнике.

Участник, давший согласие на прохождение игры, не вправе досрочно выйти из игры. Игра завершается только после определения победителя».

Ева прочитала текст и пожала плечами.

«Мы сами несем ответственность за себя. Ничего нового. Никаких претензий ни к кому. Только к себе. А то, что выходить из игры досрочно нельзя, я и так знала. Это одно из основных ее правил. Вызвался – иди до конца».

Единственное, что смутило Еву, – отсутствие обратного билета.

«Неужели если тебя не взяли, то ты возвращаешься домой за свой счет?»

Но ей нужно настраиваться только на лучшее. Она должна сделать все, чтобы пройти отбор.

Ева открыла шкаф, который висел над столом, и посмотрела на скомканные вещи. Вытащила из дальнего угла сумку, запихнула туда сменное белье. Достала контейнер с набором для обороны и извлекла из него пластыри с успокоительным. Вдруг придется кого-то усмирить. Один раз во время выполнения заказа она нашла мужика и оказалась с ним вдвоем в тупике улицы. Он был слишком нервным, а ей нужно было, чтобы он никуда не ушел. Пластыри сделали свое дело.

Ева взяла со стола любимый автоматический нож и тоже убрала в сумку. Она считала, что хорошая драка намного благороднее, чем удар ножом исподтишка. Но когда в анкете спросили, что она сделает, если придется защищаться и противник будет намного сильнее нее, то Ева открыто ответила: «Использую нож». Оружия она не боялась, крови тоже. Скорее испытывала нежелание использовать его. Но перед лицом опасности все меняется. Она это знала. Хватаешься за любой способ выживания. И в первую очередь за тот, к которому давно привыкла.

Ева положила в карман сумки блок питания, – ей нужно, чтобы часы всегда могли записывать разговоры с участниками. Поскольку убивать она никого не собиралась, то нужно было не только вычислить убийцу, но и записать признание.

Она нашла в ящиках под столом удостоверение личности, или, проще, УЛ, как все его называли, и запихала в боковой внутренний карман. Без него она даже до места сбора не доберется, повсюду постовые, которые только и делают, что проверяют УЛы.

Ева взглянула на сумку.

«Вот и собралась, что еще стоит взять? Интересно, нам разрешат прихватить в игру свои вещи или нет?»

Ева вернулась на диван и подключила доступ к предыдущим играм. За ночь она просмотрела в ускоренном режиме пять состязаний и поняла следующее:

Каждый тур «Александрии» уникален и посвящен сказке прошлых веков. Угадать невозможно.

Всегда разные локации, и до трансляции никто не знает, где будет происходить игра. Она может быть на поверхности или на Острове, в океане, в воздухе, да где угодно.

Какие будут задания, тоже никто не знает. Но они связаны с темой тура. Интересно, участников подбирают под сказку или это не имеет никакого значения?

В двух играх участникам позволяли взять с собой одну вещь. В остальных такого условия не было.

В «Александрии» три этапа.

На кону стоит жизнь. Можно погибнуть на испытании, на голосовании или в финале.

Убивать другого участника самостоятельно до финала – запрещено. Это радует, особенно когда один из соперников – убийца. Но можно подставить, заманить в ловушку или, самое интересное, проголосовать. Набрав определенное количество голосов, игрок умирает. То есть нужно быть в группе с другими, чтобы уменьшить этот риск. Голосовать можно бесконечное количество раз, но только в первых двух этапах. В финале этой опции нет.

Участники убирают либо самых слабых, либо тех, кто идет против большинства и мешает остальным.